Закладка Павла Крючкова. Письма Царской семьи из заточения.

Поделиться

Из письма Государыни Императрицы Александры Феодоровны — Александру Сыробоярскому. 10 Декабря 1917 года, Тобольск.
«<...> Господь испытывает — а потом облегчит — полечит все ужасные раны. ...Хотя много еще тяжелого впереди — больно, столько кровопро¬литий, больно ужасно! Но правда должна окончательно победить. Вы молоды годами, много еще впереди работы всем, острый период пройдет, и тогда придется всеми силами снова работать, строить, творить, поправить, чтобы Родина окрепла...
Что у других лучшее: не думаю, чтобы Вы там сумели жить. Надо раньше найти в себе покой и мир, тогда можно везде жить, в свободе, в узах, тяжело, может быть, страшно, но душа должна оставаться не тронута: крепка, глубока, тверда, как стена. Ведь, как жестоко другие все разрушают, что сам строил с отвагой, любовью — больно, но перенести должен человек.
Если бы видели боль и кротость, Вы бы поняли Его...»

Его — это Государя. Фрагмент из письма другу Царской семьи и постоянному адресату Государыни Александру Сыробоярскому (будущий колчаковский генерал умер после войны в Америке) — читала Татьяна Князева. Добавлю, что Императрица познакомилась со своим корреспондентом в Царскосельском лазарете, где раненый в бою офицер-артиллерист находился на излечении.
...К 400-летию воцарения династии Романовых была издана уникальная книга: «Письма Царской Семьи из заточения». Это послания Царственных Мучеников после мартовского ареста 1917-го до самого Екатеринбурга, где в подвале Дома Ипатьева окончились их земные дни.
Сорок лет тому назад подобный и менее полный сборник уже выходил — за океаном. В предисловии к ней дочь Великого князя Константина Константиновича писала: «...Да будет эта книга настольной для всех русских людей, и да послужит она опровержением той неправды и клеветы, которой все еще верят, увы, не только иностранцы, но и многие русские люди».
Эти слова, сказанные задолго до прославления Царственных Страстотерпцев, как я чувствую и вижу, не потеряли своей актуальности. И хотя массовое — 2013-го года — посещение выставки, посвященной Романовым, пребудет знаковым в новейшей истории страны, горькие слова протоиерея Владимира Воробьёва в интервью журналу «Фома» остаются, увы, страшным диагнозом затяжной болезни нашего общества. Болезни беспамятства, обеспеченной многолетне насаждаемым безбожием, частью которого явилась и многолетняя же антиромановская кампания в исторической науке и культуре.
«Я думаю, что самым опасным признаком тяжелого состояния многих наших современников является отсутствие всякого отношения к мученикам, к царской семье, вообще ко всему, — с горечью сказал отец Владимир. — К сожалению, многие сейчас пребывают в какой-то духовной спячке...»
...Быть может эти самые письма, заквашенные на вере в Промысел Божий и любовь Спасителя к чадам своим кому-нибудь помогут очнуться?
И — тем, кто равнодушен. И — тем, кто растерян. И — тем, кто ожесточён...
Вспомним, что же именно, по словам Великой княжны Ольги Николаевны, Государь просил передать на волю. Помните?
«...Он всех простил и за всех молится, и чтобы не мстили за себя, и чтобы помнили, что то зло, которое сейчас в мире, будет еще сильнее, но что не зло победит зло, а только любовь».
Так не сейчас ли, не сегодня ли он говорит нам всё это?!
...С вами был Павел Крючков, и давайте вместе послушаем чтение Сергеем Агаповым — из едва ли не последнего государева послания своей родной сестре.
Из заточения — на волю.

От Государя Императора Николая Александровича — Великой Княгине Ксении Александровне. 24-го Января 1918 года. Тобольск.
«Дорогая милая моя Ксения, Сегодня день Твоих именин, хотя я не нашел этого в календаре. Поздравляю Тебя от всего сердца и шлю мои пожелания Тебе здоровья и всех благ. С утра я ощущал потребность поговорить с Тобою письменно именно сегодня. Как часто мы проводили этот день вместе всей семьей и при иных обстоятельствах, более счастливых, чем нынешние.
Бог даст и эти пройдут.
Я не допускаю мысли, что те ужасы, бедствия и позор, которые окружают нас всех, продолжались долго. Я твердо верю, как и Ты, что Господь умилосердится над Россиею и умирить страсти, в конце концов. Да будет Его Святая Воля. Живем по-прежнему тихо и спокойно и постоянно вспоминаем о дорогой Мама́ и вас милых...»
Кончает Государь письмо словами:
«...Христос со всеми вами.
Всею душою Тебя любящий, Твой старый Ни́ки.»