Поделиться
о. Стахий Колотвин.
Фото: facebook.com (деятельность организации запрещена в Российской Федерации)
В нашей студии был настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митино священник Стахий Колотвин.
Мы говорили с нашим гостем о вере, присутствии Бога в его жизни, и о том, как он пришел к решению стать священником.
К. Мацан
— «Светлый вечер» на радио «Вера». Здравствуйте, дорогие друзья. В студии моя коллега Кира Лаврентьева —
К. Лаврентьева
— Добрый вечер.
К. Мацан
— И я — Константин Мацан. И сегодня в этой студии с нами и с вами иерей Стахий Колотвин — настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине. Добрый вечер, отец Стахий!
Свящ. Стахий Колотвин
— Добрый вечер.
К. Лаврентьева
— Отец Стахий — почему такое имя? Ведь мы знаем, что от рождения ваше имя — Станислав.
Свящ. Стахий Колотвин
— Да, я по-прежнему регулярно им пользуюсь и в соцсетях под ним зарегистрирован, и я его очень люблю и ценю, однако такого православного святого нет. В принципе, многие славянские святые прославлены были Западной частью Христианской Церкви ещё до эпохи разделения, поэтому именам Ростислав, Вячеслав повезло побольше. А Станиславы были прославлены, но уже католиками после их отпадения от полноты Вселенского Православия. Но, поскольку я ещё застал Советский Союз, совсем немножко, поэтому меня крестили по советской традиции, когда бабушка несёт своего внука крестить, а родителей даже в городе в этот момент нет, поэтому в родном городе моей мамы, в Курске, дедушка отвёз — не вышел из машины — бабушка зашла, покрестили так, хотя уже вроде вовсю Перестройка шла, но люди как-то привыкли крестить более-менее тайком. И вот был я крещённым, но когда родители стали воцерковляться — сначала мама — уже мне года два было, и она задалась вопросом: с каким же именем меня крестили. Моя бабушка сказала: «Естественно, Станислав, с каким ещё?» Но тут проблема стала в том, что в нашей русской традиции, в отличии от, к примеру, сербской, болгарской или даже греческой, не дают народные имена, не крестят с ними, а крестят с именем святого того или иного. Это выяснить никак было нельзя, потому что крестины не регистрировались, и бабушка моя была единственным свидетелем, но она этого не помнила. Моя мама была в недоумении немножко у неё на тот момент была такая хорошая студенческая подруга Светлана Мосолова — ныне преподаватель философского факультета Московского государственного университета. И она отправилась к своему, на тот момент, духовнику, как я помню, ещё вроде иеромонаху Ростиславу, который подвизался в Троице-Сергиевой лавре — сейчас это митрополит Томский. И он — человек, который сыграл в моей судьбе такую, первый из архиереев, хотя я его никогда вживую не видел, разве что на какой-то многолюдной службе, где там около трёхсот архиереев было, что в общем ряду где-то глаз мимо го лица пробежал. Но вот он как раз сказал, что есть замечательное имя Стахий — апостол от семидесяти, первый епископ Византия, такой родоначальник кафедры Константинопольских патриархов, — и надо считать, что я был крещён именно с этим именем. И если у нас магическое сознание, то мы скажем, что, нет, а вдруг не с тем именем крестили и так далее. Но в принципе, Господь не глупый, Господь разберётся, даже если мы в чём-то так или иначе ошиблись. И моё имя было утверждено, когда меня с ним рукополагали — сначала в сан дьякона, потом в сан священника, поэтому сейчас уже никаких сомнений остаться не может.
К. Мацан
— Вот как раз вы упомянули рукоположение, и об этом мы хотим сегодня с вами поговорить — о пути человека к вере, в вере и к священству. Вот судя по вашей биографии и тому, что вы сейчас рассказывали, какого-то такого большого пути к вере, вот в нашем понимании, когда человек до какого-то возраст остаётся абсолютным агностиком, потом вдруг что-то случается и приходит вера к нему, видимо, нет. Вот в вашей даже биографии на сайте вашего храма написано, что вы родились в православной верующей семье и были старшим братом. Потом вы учились в знаменитой классической Шичалинской гимназии, которую основал Юрий Анатольевич Шичалин — известный философ, филолог, переводчик древних авторов, античных философов и святых отцов, человек церковный, верующий, который был секретарём Лосева — легендарная личность. Потом вы учились в Свято-Тихоновском православном гуманитарном университете и вот потом стали священником. Кажется, что это такой очень логичный, прямой, органичный путь. А как вам кажется: действительно ли было, что называется, на роду написано быть священником? Или всё-таки это был путь непростой?
Свящ. Стахий Колотвин
— Есть взаимодействие Промысла Божия и свободной воли человека — это как раз такая одна из важнейших философских проблем мира — как это совмещается. Когда я оглядываюсь назад, мне кажется, что Промыслу Божьему был естественно меня к священству привести, но я о нём не догадывался и действовал по своей свободной воле. Поэтому, как ты идёшь по тропинке в лесу и не очень уверен, что тебе по ней идти, ты поэтому направо отошёл, поблуждал, налево отошёл, поблуждал, но если далеко от тропинки не уйти, то в принципе рано или поздно ты выйдешь уже к людям, увидишь огоньки деревень, дымок над домами спасительный. Поэтому, конечно, я не думал становиться священником, если не считать, конечно, детских игр такого ещё дошкольного возраста, когда я кадил таким массажёром, сложенным вдвое, он гремел, был похож на кадило...
К. Мацан
— А вы почему в это играли? Обычно дети священников играют.
Свящ. Стахий Колотвин
— Ну на службу ходишь, молишься...
К. Лаврентьева
— Ну да, в православных семьях это бывает.
Свящ. Стахий Колотвин
— И так можно сказать, что я родился в православной семье, но, конечно, семья крещённая, можно сказать, что семья была невоцерковлённая на момент моего рождения. Но она воцерковлялась ударными темпами по стандартной схеме: сначала мама, потом папа, ну а дети уж... То есть можно сказать, что мои младшие братья, сестра, они уже родились именно в православной такой воцерковлённой семье. Может быть, как раз из-за того, что человек, когда воцерковляется... моей мамой куда больше было заложен сил, чтобы я был в Церкви, потому что сама моя мама старалась побольше ходить в храм, не только в воскресные дни, но и на будничные службы, на память великих святых. Ездили мы в паломнические поездки, причём в такие, в стиле 90-х, когда ты приезжаешь и там большой барак, туда все как-то... И папа тоже у меня любит путешествовать, и меня с собой в командировки брал. И обязательно в командировке мы приезжали в монастыри, поклонялись святыням, храмы прекрасные тогда ещё в полуразрушенном состоянии видели. Конечно то, что человек выбирает тот или иной путь — это заслуга родителей. У моих родителей даже никогда такой идеи не было, чтобы я стал священником. Конечно, они старались, чтобы вера в моём сердце сохранялась и возрастала как-то, но наоборот, у них надежда эта, я думаю, никогда не озвучивалась, что я стану таким пропуском в светлое, счастливое земное будущее, получу хорошее образование, буду зарабатывать деньги, построю успешную карьеру, поэтому родители всегда вкладывались в моё образование, учился я в школе замечательной — школа платная, не такая дорогая, как элитные школы, но по меркам, действительно, людей, которые то работают, то из-за кризиса теряют работу, это действительно тоже отдельный подвиг моих родителей — как они всё это вытянули, и наверное, они хотели, чтобы какая-то отдача была.
Сейчас они, безусловно, рады, они видят, что отдача от их трудов есть, может быть, не совсем такая прямо пропорциональная, которую они ожидали. Кроме того очень важно для того, чтобы человек в принципе остался в Церкви, это каким лицом перед ним Церковь является. Потому что я ходил даже в православную группу детского сада — храм Бориса и Глеба в Дегунине. Во время демографической ямы 90-х годов настоятель отец Георгий договорился, что разрешат сформировать на базе государственного детского сада группы, куда будут отбирать именно из воцерковлённых семей детей. Она просуществовала десять лет, когда демографическая ситуация выправилась, группу разогнали, то есть сделали обычной, хотя замечательные были и утренники, и вообще такая здоровая атмосфера, но при этом, какой бы ни был деятельный священник, когда один храм на сотни тысяч человек Северного административного округа, то, понятное дело, если ты представляешь Церковь только как храм, забитый бабушками, в который просто войти технически нельзя в воскресный день, а до программы «200» это была нормальная ситуация для жителей любого спального района, то, конечно, сложнее к Церкви прикрепиться.
Но мои родители не ленились — тогда ещё годы молодые были, сил было больше, поэтому мы садились — сначала на электричке по городу ехали, потом на метро, приезжали в храм Всех Святых в Красном Селе к духовнику родителей — отцу Артемию Владимирову. При этом родители считали, что там слишком уж расслабленная атмосфера, и я это тоже так воспринимал, что можно побегать, поиграть в снежки вокруг храма на Всенощной, но только на ключевые моменты зашёл: на Шестопсалмие, на помазание, потом на песню Богородице, на «слава Тебе, показавшему нам свет», — а перерывах это такое полное право, чуть ли не богослужебный устав, что это надо бегать, веселиться и лазить по ещё таким буеракам страшным, которые там были, но для детей это было очень интересно. Поэтому на Литургию мы ездили в Новоспасский монастырь... тогда ещё архимандрит Алексий, позже епископ, архиепископ Алексий (Фролов) (умер в сане архиепископа Костромского и Галичского) — он тоже в моей судьбе отдельную роль сыграл. И как раз вот эта картина, что Церковь бывает разной, она позволяла мне всех вот этих привычных вопросов не соответствия высоты евангельского идеала повседневной жизни Церкви избегать, точнее, даже не избегать, а просто на него находить ответ. Да, где-то что-то более жёстко, да, где-то более Устав, от которого, может, охота отдохнуть, как, например, в монастыре, но при этом ты приходишь в приходской храм и там тебе более свободно: «Ой, наоборот, приход — чуть ли не клуб по интересам — вот люди собираются, общаются», — это, на самом деле, хорошо, но всё равно, если ты хочешь чего-то другого, то сходи в монастырь. Если у тебя нет сил проехать до храма, который тебе по душе и где тебе легче молиться, или если здоровья нету, тогда хотя бы постарайся, если не войти, но хоть подойти к стенам храма, который рядом с твоим домом — уже хорошо.
К. Мацан
— Очень интересно то, что вы говорите, для наших бесед, где мы беседуем со священниками об их пути к вере, это вообще очень необычно.
К. Лаврентьева
— Вот я сижу и думаю об этом.
К. Мацан
— Я ещё даже такой лично для себя некий очень интересный опыт испытываю, потому что я, может быть, впервые в жизни общаюсь со священником, который в принципе мой ровесник, то есть мы все здесь втроём в студии — люди одного поколения, родившиеся во второй половине 80-х. И вот вы говорите о том, что можно сходить в разные храмы, посмотреть разные практики — когда-то это было немыслимо для кого-то, для тех, кто воцерковлялся раньше. А нашему поколению такая интересная возможность уже дана — потрясающе.
К. Лаврентьева
— В студии «Светлого вечера» священник Стахий Колотвин — настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине. С вами мой коллега Константин Мацан, я — Кира Лаврентьева. Отец Стахий, у меня на самом деле сразу возникает вопрос: вы очень органично рассказываете о том, что вы ездили в такие экстремальные паломничества. Мне это очень знакомо, например, паломничества 90-х годов, когда монастыри только восстанавливались, когда не было паломнических центров, не было гостиниц, не было где комфортно и удобно разместиться — это люди иногда просто спали в храме на полу ночью, им просто стелили какие-то подстилки, и вот они так спали — с множеством детей маленьких, больших. И у кого-то от этого возникали благоговение и трепет, а кто-то... я встречала людей, которые говорили: «Да меня мама по паломничествам очень много возила и постоянно в храм, и постоянно молиться, и постоянно поститься. И вот как-то мне это всё в переходном возрасте приелось, и я решила попробовать свободной светской жизни». Вы сейчас рассказываете с совершенно другого ракурса, то есть всё ваше повествование, сколько мы с вами беседуем сейчас, оно шло в русле того, что это было для вас радостью. Правильно ли я понимаю, что вам это всё очень органично, и мирно укладывалось на душу — такое выражение, не очень, наверное, грамотное. Но вот храмы, молитвы, службы, паломничества — не было ощущения, что много, надо уже вот такого подросткового, ребяческого, надо уже с мальчишками куда-то пойти погулять, надо попробовать что-нибудь ещё из светской жизни?
Свящ. Стахий Колотвин
— Тут, конечно, у людей разные склонности, просто кто-то домосед — я знаю, например, батюшки, которые никуда не ездят и копят, и покупают себе автомобиль. Даже мы берём людей, которые, правда, достаточно скромно живут. Я, конечно, такого представить не могу: как можно взять и в отпуск куда-то не поехать, сидеть в Москве и на что-то там копить — просто разные склонности. Кому-то важно удобное кресло, тёплый плед, машина и так далее, а мне и многим другим важно какое-то движение. Вот я просто люблю путешествовать, поэтому, возможно, мне это не помешало, то есть независимо от паломничества я путешествовать люблю и по-прежнему стараюсь ездить со своими детьми и меня это не останавливает. Но ещё, опять же, вот как я говорил о храмах, что видишь некоторый выбор и свободу, точно так же вот я упомянул, что папа ездил в командировку, брал меня с собой — он там на какой-то конференции выступил, совещание провёл, и мы в свободное время...
К. Мацан
— Папа учёный какой-то?
Свящ. Стахий Колотвин
— Нет, папа сейчас комплаенс-менеджер, до этого был директором по персоналу, а ещё в 90-е годы он работал в грантовой организации. И все его работы были связаны с командировками, которые не занимали основную часть времени, но были регулярными. И вот то, что мы, например, ездили с папой — это, наоборот, была другая жизнь, потому что ты останавливаешься в такой гостинице солидной. Тут дома — съёмная квартира, такие скромные условия, а тут ты приезжаешь — тут тебе отель, шведский стол — это тогда, в 90-е годы, вообще такое слово было знать... И тоже мне это давало некоторую картину, что можно ездить по-разному. Поэтому и сейчас, когда я сам организую некоторые поездки в частности, то я тоже поступаю по-разному. Вот я, когда беру взрослых прихожан, которые работающие или пенсионеры, которых дети могут отправить... и вот мы ездили в Святую Землю, ездили в этом году в Константинополь и в Грецию, надеюсь, в феврале получится организовать поездку в Рим. Да, там уже мы хоть и скромные условия берём, но обязательно, чтобы были удобства в номере и так далее. А вот когда я еду со школьниками или с молодёжью, это значит уже хостел, это уже значит, что самим приготовить, то есть всё для каждого можно найти, если уже вернуться к тому именно моменту — не хотелось ли какой-то альтернативы вне Церкви? Не надо просто в Церкви замыкаться, у меня была компания, с кем я бегал во время Всенощной вокруг храма в Красном Селе, пока отец Артемий за нас, непутёвых мальчишек, молился в храме. Это тоже очень важно, важная часть приходской жизни — это то, что есть круг общения, причём не только взрослый, но и детский — что ты общаешься с ровесниками.
К. Мацан
— Всё равно дети были церковные, получается.
Свящ. Стахий Колотвин
— Да. При чём не то, что вот ты один — когда ребёнок помещён в некоторое гетто, что вот вокруг мир и вокруг никто не верит, а вот надо, как исповедник, идти в храм, то, понятное дело, у ребёнка больше появится желания от всего этого оторваться, потому что он себя чувствует инородным телом в обществе. У меня такого не было. Поэтому, когда вот строился наш деревянный храм, ещё не было литургических сосудов, мы их одалживали, брали на службы в храме Всемилостивого Спаса в Митине, а первые суммы денег, которые получилось собрать, которые не настройку пошли — мы купили аудиосистемы, установили колонки на улице, чтобы мамы с детьми могли тоже слушать службы, то есть чтобы служба собирала людей тоже вокруг храма. Например, после того, как мы сейчас закончили строить деревянный храм на приходе — стандартная практика переходить на строительство капитального храма, но это тоже зависит от каких-то средств и так далее, но всё равно можно хоть что-то делать — фундамент сделать или ещё что-то и годами ждать. Нет, мы силы нашего прихода направили на строительство воскресной школы, потому что храм-то уже, а очень важно для детей совместное общение. При этом не нужно только изолировать в православной среде, потому что я приходил в храм — там православные ровесники, приходил в музыкальную школу — там ровесники другие. Я бегал с ребятами, просто во дворе в футбол играл, там ребята третьи, и всегда есть выбор. И чаще всего выбор, что более достойные, более приятные друзья — это как раз дети из верующих семей.
К. Мацан
— А подростковый какой-то кризис — отход от Церкви, который мы часто наблюдаем, о котором часто говорят, — у вас был?
Свящ. Стахий Колотвин
— Нет, не было, и я тогда не очень понимал, почему, и в принципе не задумывался.
К. Мацан
— А сейчас?
Свящ. Стахий Колотвин
— А сейчас мне кажется, что вот у меня, может быть, такая даже излишняя любовь к спорам была, со временем она ушла. Я сейчас, наоборот, если человек не хочет слушать, я не буду его переубеждать; если человек хочет побеседовать, то постараюсь. А так, может быть, был некоторый такой, наоборот, запал, что именно за Церковь, то есть, что мне хотелось быть таким человеком, который показывает, что Церковь права, что наша вера православная — это здорово. То есть можно сказать, что какие-то крайности моего характера — какая-то раздражительность, любовь к спорам, да, и любовь, увы, как-то людей, может быть, высмеять, подколоть, от которой я более-менее избавился, но в подростковые годы всегда это и популярность в компании приносит, когда ты можешь подшутить над кем-то и так далее.
К. Лаврентьева
— Самоутвердиться.
Свящ. Стахий Колотвин
— И когда это идёт с позиции как раз, что вроде в защиту православной веры, то, может, в этом даже был мой интерес, то есть протест был не против Церкви, а как раз против тех, кто, можно сказать, в Церкви сомневается. Кроме того, очень важна была атмосфера в классической гимназии, которую основал Юрий Анатольевич Шичалин при своём греко-латинском кабинете, потому что это православная гимназия: Закон Божий, иконы, домовый храм, в котором я уже с 11 лет начал алтарничать, — но при этом дети там всегда учились, когда я начинал, почти все из невоцерковлённых семей. Сейчас, спустя 15 лет, где-то 50 на 50, то есть воцерковлённость не ставилась обязательным условием: никого не заставляли приезжать на молитвы до учебного дня. Была некоторая такая свобода, поэтому в принципе мои ровесники: одноклассники, класс младше, класс старше (классы не очень большие, поэтому общались и в том числе так — вертикальные связи были с окружающими классами) — они были невоцерковлёнными, которые в принципе Православие уважали, или, наоборот, шли в какой-то, может, протест, что вроде православная гимназия. И у меня не было такой среды, что вот я внутри тех людей, которые как-то начинают лицемерить: что от них требует что-то школа, а они делают что-то другое. Потому что изначально было, нет: воцерковлённых людей никто в храм не заталкивал. Как ни странно, это в чём-то ситуация хорошая, вот сейчас я преподаю, с момента основания, в нашей школе Северо-Западного викариатства «Спас» Закон Божий, и я стараюсь как раз брать более старшие классы. Но сейчас у нас ещё выпусков нету, самый старший — девятый класс. Как раз моя постоянная такая забота — показать руководству, что не надо как-то завинчивать гайки в сторону Православия, что нужна максимальная свобода. И с детьми мы тоже стараемся понять, что ничего они не обязаны родителям ходить в храм, не обязаны школе ходить в храм — это должен быть ваш выбор, потому что это здорово, это наше конкурентное преимущество — это что взрослым, что детям (детям — не малышам в школе, а уже таким подросткам) надо просто пояснять, доказывать, что христианин может делать всё то же самое, что неверующий человек, но христианин ещё может пользоваться помощью Божьей, поэтому стартовая позиция значительно лучше.
К. Лаврентьева
— «Делать то же самое, что и неверующий человек» — это такая ловушка, да, для подростка?
Свящ. Стахий Колотвин
— Всё можно, но не всё полезно. Просто очень важна дополнительная какая-то образовательная деятельность для ребёнка, я рад, что родители меня тоже так немножко гоняли, даже чересчур. Например, мама хотела, чтобы я на скрипке играл, и я два с половиной года учился в первом классе в разных школах — меня не переводили на следующий год, не было у меня желания. Потом я благополучно закончил Первую школу, Прокофьевскую, по классической гитаре — но вот скрипка не шла. Но в любом случае то, что я занимался фехтованием, потом кандидатом в мастера спорта стал, и потом музыкальную школу закончил, и на резьбу ходил.
К. Лаврентьева
— А увлечение футболом тогда началось?
Свящ. Стахий Колотвин
— Я в футбол играл во дворе независимо от этого. Всегда некоторая такая активность дополнительная забирает энергию, которая может быть направлена куда-то не туда. Если ребёнка заточить, чтобы он с утра до вечера только зубрил, то обязательно ему ещё захочется просто из-за скуки, ради интереса что-то найти самому, и не факт, что то, что он найдёт сам, это будет что-то полезное для его души.
К. Мацан
— Вот когда такие фразы, как «не надо замыкаться только в Церкви», «не надо как-то принуждать к Православию», что называется, произносит не досужий обыватель-наблюдатель, а священник, который за свои слова отвечает, эти слова дорогого стоят. И мне кажется, тема, которую вы поднимаете, очень важная: вот как воспитывать детей, чтобы они и были в Церкви, и как бы, что называется, не переели этого. Это самый главный вопрос на самом деле: с одной стороны, как сделать так, чтобы не замыкаться в Церкви, как вы сказали, а с другой стороны, чтобы Церковь, как некая противоположная крайность, не получилась неким таким сегментом — ну вот есть работа, школа, музыкалка, футбол, а ещё по воскресеньям мы в храм ходим. Но в принципе, это такая ни к чему не обязывающая часть жизни семьи, но грубо говоря, громко говоря, реально Христос не становится в центр твоей жизни и в центр жизни ребёнка. Как эту золотую середину найти, как вы её искали, как, может быть, вы её ищете сейчас с вашими детьми?
Свящ. Стахий Колотвин
— Это действительно сложно, потому что хоть семья моих родителей верующая, но не будет никакой лубочной картины, и тоже, наоборот, даже я мог, помню в детстве сказать маме, что не по-православному со мной так обращаться, то есть когда меня как-то наказывали и так далее — про несоответствие. Но надо так, чтобы Церковь была не сегментом, а просто она была неотъемлемой частью жизни. То, что ты молишься — это ты молишься, просто по ходу своей общаешься с Богом: начинаешь неделю с Богом в храме, начинаешь день с Богом в молитве, начинаешь еду — тоже Господа благодаришь, что Он что-то тебе ниспослал. Молитва очень важна, я сам человек совсем не молитвенный: мне тяжело молиться самому, служба любой длительности — это я готов поучаствовать, это как-то вдохновляет, а дома встать на молитву для меня большой труд, но всегда выручает возможность просто молиться — не то что что-то читать, а молиться своими словами или даже слова молитв какие-то вспоминать, или идти, в голове петь песнопения какие-то, которые приходят на ум. То есть Богообщение, если есть в жизни... Богообщение — это не то что ты ушёл, на какую-то гору забрался большую. Поэтому почему так важно, когда детки в воскресной школе... может быть, более важный предмет, чем Закон Божий, это церковное пение, причём даже для детей, у которых вообще слуха нет и голоса и они, наоборот, мешают всем остальным. Но это отдельная проблема, может быть, им выделять специальную студию такую, в которой будут дети со способностями, и хор просто для всех. Потому что, когда ты Господа воспеваешь вот именно так искренне, непосредственно с детства, то тебе и неохота как-то от Него отделяться. Понятное дело, что у меня по ходу жизни были какие-то и просьбы Господу, на которые Он не откликался, какие-то волнения... молился: «Господи, пошли мне настоящую любовь», — но тут достаточно быстро Господь исполнил, то есть в 20 лет я женился. Но до этого тоже — встречаешься с девчонками и видишь, что, нет, всё-таки нет такого единодушия с тобой. Потом просил: «Господи, вот уже столько сил я потратил, чтобы рукоположиться, а тоже не получается», — тоже потом Господь всё послал. Поэтому легче рассуждать, конечно, спустя какое-то время. Но точно так же я надеюсь и прошу: «Господи, помоги мне решить жилищные проблемы, в которых сейчас тупик», — но тоже я надеюсь, что Господь как-нибудь когда-то это разрешит.
К. Мацан
— Вот очень важные слова, мне кажется, прозвучали, спасибо вам за них огромное, что, если возможно как-то эту золотую середину определить, то она в этом личном Богообщении, которое происходит и в Церкви, и вне Церкви — просто по жизни. Напомню, что сегодня в «Светлом вечере» с нами иерей Стахий Колотвин — настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине. В студии моя коллега Кира Лаврентьева, я — Константин Мацан. Мы прервёмся, вернёмся к вам буквально через минуту.
К. Лаврентьева
— «Светлый вечер» на светлом радио, уважаемые радиослушатели. У нас в гостях священник Стахий Колотвин — настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине. В студии мой коллега Константин Мацан, я — Кира Лаврентьева, мы продолжаем нашу интересную беседу. Отец Стахий, для нас с Константином, как он уже в начале программы сказал, действительно сейчас эта беседа очень интересная, потому что мы с вами одного поколения — это редкость для «Светлого вечера».
К. Мацан
— А с другой стороны, повод задуматься о своём возрасте. Вот уже и подошло поколение священников, которое родилось с нами в одно и то же время примерно.
К. Лаврентьева
— Поэтому всю первую часть программы мы вас «пытали»: а как было это воцерковление, а были ли подводные камни, а как воспитать ребёнка, чтобы он потом не ушёл из Церкви, а как вот сделать, чтобы Церковь не приелась? — и так далее. И нам это действительно очень интересно, потому что наше воцерковление выпало на 90-е годы. И я как раз была тем человеком, который шёл в храм, как вы сказали, как воин: что мир погряз во зле, а я несу свет и истину. И, честно говоря, это было очень сложно, то есть в подростковом возрасте это невероятно, потому что дети же очень чувствуют, когда ты считаешь себя избранным, то есть: я православный, а вы все здесь погрязли во грехе. То есть вот эта крайность есть, и вы совершенно правильно отметили, что тут важно себя не обособлять, важно общаться там, общаться здесь, то есть не считать себя лучом света в тёмном царстве. И, возвращаясь к вашей истории, отец Стахий, очень интересно: когда вы уже поняли, что вы хотите стать священником, когда это было осознанное желание?
Свящ. Стахий Колотвин
— Желание, наверное, было неосознанное всё время, потому что мне нравилось алтарничать и читать за службой, то есть с дикцией у меня всегда проблемы были, а вот с громкостью голоса в принципе всё хорошо. Поэтому я не мыслил жизни вне Церкви, более того, я хотел как-то потрудиться в том числе, но именно внешне, то есть Церковь поддерживать, потому что я с детства видел, что когда есть какой-то человек, влиятельный или знаменитый, или просто элементарно богатый, то он Церкви действительно может помочь как-то. Вот ещё один момент, может быть, к предыдущей рубрике, но очень он характерный, вот только сейчас о нём вспомнил: я ещё пел в детско-юношеском хоре византийского распева. И замечательная наш регент, энтузиаст Лимонова Елена Евгеньевна возила нас в паломнические поездки, тогда ещё как раз как-то могла быть спонсорская помощь — вот в начале 2000-х годов страна как-то встала на ноги. Мы, например, в Иерусалиме спели у храма Гроба Господня, поехали куда-то в святое место, а потом взяли и в какой-то момент с ребятами убежали и против арабов играли в «Контр-Страйк» — мы за милицию, они за террористов...
К. Мацан
— Это компьютерная игра.
Свящ. Стахий Колотвин
— Да, компьютерная игра, не все слушатели, кто, может быть, более старшего поколения, знают, что это такое, не все играли. Но точно так же я понимал, что мне неохота постоянно, как на работу, в храм ходить, что это, правда, здорово — сходить в субботу, в воскресенье, здорово сходить посреди недели на Двунадесятый праздник, но охота заниматься чем-то ещё — не только стоять на службе. Как это водится, очень часто выбор профессии, вообще какого-то стремления связан с учителями. И вот были замечательные учителя: истории — Кувшинская Ирина Владимировна; истории искусства — Сусленков Виталий Егорович, с которыми я познакомился в конце четвёртого, вот пятый класс, и много лет они у меня вели историю Древнего мира, Средних веков, искусства, соответственно, и тоже нас в поездки школьные возили. Поэтому вначале я загорелся археологией заниматься, и до сих я очень люблю историю, историю искусства, стараюсь как раз ездить, по развалинам брожу, карабкаюсь по горам Каппадокии: один ребёнок в рюкзаке, двух на руки взял и так далее. То есть эта любовь никуда не ушла, но я ещё в средней школе понял, что вот именно сидеть и что-то копать — мне не очень интересна археология. Потом, яркий физик у нас был, и захотелось мне физикой заниматься, ну и тем более это серьёзное образование, кроме того, знал многих физиков, которые не были по профессии физиками, а имели физическое образование и занимались самыми разными вещами, и хорошо зарабатывали. И тоже я думал, что это вот такое некоторое базовое образование, и родители тоже это поддерживали: не важно — получил диплом, а потом он уже пригодится для чего-то. Вот отец моего одноклассника, тоже физик, а он был коммерческим директором одной сети салонов сотовой связи и так далее. Но потом я тоже, как и с археологией, понимаю, что я решаю, вроде, примеры, пятёрки получаю, но мне это не очень интересно — изо дня в день разбираться с формулами, задачами.
И я задумался над тем, чем же мне всё-таки интересно заниматься, и понял, что мне интересна какая-то такая работа с людьми: я люблю спорить, люблю что-то там организовывать. Поэтому я решил пойти учиться на юриста, причём чтобы не быть адвокатом, а стать политиком — таким политиком православным, который будет ещё помогать Церкви. Тоже на меня произвело впечатление, что у Новоспасского монастыря как раз появился такой попечительский совет, куда входили политики, и один из них тогда был заместителем председателя Государственной Думы, сейчас он немножко отошёл на второй план, хотя и был даже кандидатом в Президенты на недавних выборах и так далее. То есть я видел, что, правда, есть православные политики. Тут я тоже благодарен родителям, что они иногда не то что направляют или за их детей что-то решают, но они подсказывают какую-то ещё возможность. Потому что родители: «Куда хочешь идти учиться?» — ну, конечно, как и родители, в МГУ идти. Ну а запасной вариант — мало ли, не поступишь — в МГИМО поступить...
К. Мацан
— Хороший запасной вариант — скажу я, как выпускник МГИМО!
Свящ. Стахий Колотвин
— У меня сестра сейчас в МГИМО учится, я МГИМО очень люблю. То есть брат у меня в МГУ, сестра в МГИМО, поэтому оба вуза мне в чём-то родные, но я именно так за родителями шёл. И третий вариант — Юридическая академия, курсы дорогие подготовительные — папа уже вздохнул, что надо их, помимо гимназии, оплачивать и так далее. Но вот пошёл я вместе с мамой за благословением на беседу к владыке Алексию (Фролову), настоятелю Новоспасского монастыря, викарию Святейшего Патриарха Алексия на тот момент, председателя Отдела по монашеству, и много ещё разных комиссий на нём. Нельзя сказать, что я с ним как-то тесно общался, и никогда он не был духовником моим. Но вот всегда, когда я приходил на службы туда, на Литургию, проповеди его впечатляли, и как-то действительно понимал, что моё Православие такое ещё было немножко поверхностное.
К. Лаврентьева
— А духовник был у вас, отец Стахий, простите?
Свящ. Стахий Колотвин
— Да, более того, у меня так сложилось, что всё-таки духовник тоже был — в начале, в детстве, духовник родителей — отец Артемий. И если к отцу Артемию терпеливо в очереди пробился, то тоже воспринимаешь, что он — духовник. Но в чём-то, возможно, в детстве он и был моим духовником, потому что духовную жизнь детей направляют родители, если у родителей есть духовник, то, соответственно, дети, даже если не ходят, а я любил всё-таки, чтобы в очереди не стоять, к какому-нибудь другому батюшке прошмыгнуть — который меньше чего-то там спрашивает. Потом я начал алтарничать в гимназическом храме, и тоже так удивительно сложилось, что там тоже друг университетский родителей, иеромонах Тихон (Зимин), с которым они в студенческие как-то общались, а потом он принял монашество, уехал в Магадан, вернулся, и пути опять сошлись. И тоже я вроде там просто алтарничал, ну и по умолчанию у него исповедовался. И вот он стал моим духовником совершенно нежданно и негаданно, и до сих пор им остаётся, и до сих пор я его очень люблю и ценю, хотя я видел какие-то его, может быть, такие даже недостатки, что батюшка слишком размеренный, что, может быть, чересчур мягкий, но, наоборот, это мне и нравится, что я приезжаю и меня никто не прессует, а действительно как-то своей любовью, как и всех окружающих, окутывает. Но тем не менее никогда духовник не воспринимался, и это абсолютно верно — что духовник что-то решает за человека, если этот человек не монах. У монаха послушание, он выбирает путь отречения от свободной воли, принимает постриг, и уже за него отчасти решает другой человек. А здесь же я не считал даже каким-то ущемлением прав своего духовника то, что я пошёл посоветоваться к владыке Алексию.
К. Мацан
— И что он сказал?
Свящ. Стахий Колотвин
— Так, если начат с конца: ну, пришёл к епископу, он действительно сказал: «Будь попом!» — ну что он ещё мог выдумать? Нет, на самом деле владыка Алексий сразу сказал: «Здорово, что ты хочешь поступать на юридический, адвокатом будешь — хорошая, важная, полезная профессия». Я сказал: «Да видел я этих адвокатов. Зачем это всё? Неинтересно. Я хочу быть именно политиком». Но он так: «А почему?» Я сказал, что ну вот — православный политик... Владыка очень посмеялся искренне, и меня это даже немножко так удивило: вроде вокруг политики и так далее. Он не стал ничего пояснять, но это уже потом я в принципе понял, что, одно дело, человек пришёл в политику, уже как-то пробился и действительно понял, как идти к вере. Так всё-таки совмещать политическую деятельность с изначальной воцерковлённостью чрезвычайно сложно, и вообще вопрос, насколько это реально возможно. Поэтому чаще всего воцерковлённые, по-настоящему верующие политики — это те люди, которые пришли к вере уже состоявшимися в карьерном плане людьми. А тут он действительно начал разбирать какие-то различные возможности — не то что он сказал, что вот надо священником становиться. Он говорит: «А как там быть инженером?» Я говорю: «Да вот я как раз до десятого класса, до лета, после него, думал быть физиком, как-то чем-то заниматься в этом направлении, но я понял, что мне не интересно изо дня в день этим заниматься». — «Да? А быть врачом?» Я говорю: «Ну да, тоже интересно, но всё-таки вот так в людях как-то копаться — это не очень... а быть даже каким-то врачом прикладной специальности — это не так интересно. Если всё же быть, то обязательно хирургом, а хирургом я, наверное, не смогу быть, не смогу людей резать — как-то нет у меня такой решительности». Так вот потихонечку некоторый круг профессий был перебран, и владыка спрашивал: «А как ты считаешь, чем ты можешь людям послужить, что тебе нравится?» Я говорю: «Вот я действительно хочу вести людей за собой». Он говорит: «Тогда чего искать? Надо у Престола Божия служить, тем более стартовая позиция есть».
Это действительно очень примитивный пересказ — это как описать в газетной вырезке журнала, который телепрограмму и рекламу бесплатно распространяет в почтовые ящики, шедевры мирового изобразительного искусства. Но некоторое такое свидетельство, что действительно чудесная это была беседа и судьбоносная: вот там сидела моя сестра, которой на тот момент было года... то есть, если мне лет 15 было, то соответственно, ей было пять лет где-то. И у неё в детстве характер был такой очень непоседливый, то на секундочку просто замереть на месте она не могла, но тогда она сидела в кресле, даже не шелохнувшись. Её просто некуда маме было девать, мама меня как раз повела, может быть, без неё бы и не решился бы я прийти на эту аудиенцию. То есть сестра эти сорок минут просидела просто на одном дыхании, в обнимку с подаренным ей пушистым зайцем. Тоже это я считаю настоящим чудом Божьим, потому что у меня никакого плана двигаться в этом направлении не было.
Правда, когда осмысляешь, спустя годы: когда я попал в Свято-Тихоновский университет (и тоже это не сразу осмыслил), потом ещё, спустя какое-то время, я понял, что со мной учатся люди, которые получают второе высшее образование — богословское. Потому что люди отучились и поняли, что они хотят всё-таки служить Богу, хотят служить у Престола Божия, хотят получить богословские знания, и можно сказать, что время не потеряно — их светские навыки всё равно пригождаются. Но всё равно можно было бы этим заняться раньше. Более того, я как раз немножко словам владыки, которые были как некоторое такое благословение, расстроился, потому что мне не хотелось идти в семинарию. Я думаю: «Как там сидеть в четырёх стенах? Ни пофехтовать, ни никуда не сходить, да и вообще какой-то казарменный тип», — ну и в принципе, семинария как заимствование из Западного, из католического мира, которая не предусматривала семейного монашества, это, конечно, некоторая просто историческая особенность развития Русской Православной Церкви, которая как вот такая общежительная монашеская система, ещё большой вопрос, насколько она оправдана. И кроме того, даже больше меня — понятно, что самое первое, самое ближнее: как же — ограничение всей этой свободы, которая мыслилась как неотъемлемая часть в том числе христианской жизни, — как ещё это совместить с планами делать карьеру, зарабатывать деньги и так далее. Поскольку я рос в воцерковлённой семье, то я, в отличие от людей, далёких от Церкви, у меня не было стереотипов про батюшек на богатых «Джипах». Я знал, что есть великолепные пастыри и люди им помогают: что вот есть отец Артемий, и действительно есть люди, которые его обеспечивают, и он ни дня даже не занимался приходским хозяйством, то есть всё время кто-то решал это за него — Господь ему всё посылал. Да, есть действительно батюшки, у которых много детей, всё сложно, жилья нет, машины нет — например, как у меня сейчас, только ничего сложного нет. Другое дело, что, понятное дело, Господь как-то поддерживает, но ты же старший сын в семье, в тебя так вкладывались, надо брать и как-то карьеру делать, деньги зарабатывать. Тем более, что учился я в школе хоть православной, но платной, там были дети и из куда более богатых семей, которые и сейчас какую-то более серьёзную карьеру сделали и серьёзные деньги зарабатывают, то есть не из дворовой школы. Поэтому я немножко, конечно, смутился сердцем, мама это заметила ещё сразу во время этой беседы, и она говорит: «Ой, владыка, а можно сейчас ему поступить на светское образование?» — она привела пример, что тот же духовник родителей отец Артемий Владимиров, что множество других священников, которые их окружали, духовники друзей моих родителей — отец Максим Козлов и так далее — они все были людьми со светским образованием, которые потом получали богословское. Владыка как раз сказал: «Ну что, можно, как блудный сын, пойти, рожков поесть, а потом вернуться». И я так подумал: «Что это такое — потом, может, вернёшься или не вернёшься?» — и я решил поступать по итогам этой беседы отнюдь не в семинарию, а я решил поступать — ну ладно, так и быть, что-нибудь такое более гуманитарное, к богословию — поступлю-ка я на филологический факультет.
К. Лаврентьева
— Свято-Тихоновского?
Свящ. Стахий Колотвин
— Нет, естественно, МГУ. Я вообще не очень знал, что такой вуз существует в мире. Была задача учиться в том вузе, где учились родители, где друзья родителей — вот этот круг общения семейный, не который вокруг окружает. Очутиться там, а потом уже поживём — посмотрим. Была ещё мысль, что я отучусь, а потом ещё учиться. И тут как раз я очень благодарен Юрию Анатольевичу Шичалину — была тоже возможность с ним поговорить, тоже некоторая судьбоносная беседа. Он как раз сказал: «Зачем пытаться по очереди что-то делать? Вот есть такой Свято-Тихоновский университет», — только, кстати, статус университета получил в 2004 году, до этого просто институт был, и я впервые услышал, что такой университет есть. И он сказал, что там есть отделение, где можно учиться как на филфаке, с древними языками, с древнехристианской письменностью, при этом это богословский факультет, и при этом это не семинария — ты не отрываешься от своей домашней церкви, от семьи, ты в ней остаёшься. Правда, я потом — что меня всегда волновало — некоторая такая свобода: я взял, отзанимался, поехал на тренировки — и вот эта свобода сохранялась.
К. Мацан
— Иерей Стахий Колотвин, настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине сегодня проводит с нами этот «Светлый вечер». Ну и вы поступили в ПСТГУ, вы его закончили, вы стали священником. И мы сегодня так или иначе к этой теме возвращаемся: очень интересно узнать у вас, что такое бытование молодого священника. Вот как относятся прихожане к священнику, который младше их, возможно, оказывается? Как вы сами себя ощущаете, будучи ещё вполне молодым человеком, и даже по каким-то официальным государственным критериям попадаете под категорию «молодёжь» и «молодая семья», и вы пастырь? Какое это переживание, что вы при этом чувствуете, если для вас это какое-то значение имеет, какой-то вопрос стоит об этом?
Свящ. Стахий Колотвин
— Тут даже вопроса: то есть внешне как люди относятся; и как уже сам я отношусь? Разница существенная, потому что так всё вроде гладко шло, пока я учился в Свято-Тихоновском и не задумывался о рукоположении, не было задачи жениться поскорее, чтобы рукоположиться, из-за чего множество трагических семейных ситуаций в семьях священников, увы, складываются. Но так получилось, что и женился я ещё по ходу учёбы и выпустился — никакой распределительной системы Свято-Тихоновский университет не стоял. И ходил я в гимназический храм, куда священник не нужен, где родной Новоспасский монастырь — там монашествующие, зачем туда белый священник. Храм, где отец Артемий Владимиров, конечно, можно было бы туда попроситься, но тоже там большой штат и там тоже вроде нет в тебе востребованности. Да, действительно, я долгие годы алтарничал, то есть я закончил в 21 год, и ещё три года я алтарничал. И тоже ты вроде при храме, ты вроде что-то делаешь, но, правда, так люди не замечают — тут некоторое, увы, такое магическое сознание есть, что вот если батюшка, то даже если батюшка дурной, то ему всё уже глубоко верующие люди прощают, принимают, другой вопрос — люди воцерковляющиеся. Эту разницу я почувствовал, когда, спустя эти годы, всё-таки удалось мне стать дьяконом — уже совсем другое отношение, но тоже люди не замечают: вроде и служит, вроде и красиво, но это всё не то — это не батюшка. А потом раз, и становишься священником, тоже достаточно рано, но после выпуска столько уже времени прошло — в 25 лет. Мои друзья, ровесники-семинаристы, уже давно священники, кто-то настоятель в подмосковных храмах и так далее, а ты вообще ещё никто, и тебя люди не замечают, ты вроде для чего-то все эти знания получал, для чего-то частную школу заканчивал, для чего-то тебе все эти языки — что новые, что древние — все эти навыки, а как-то применить не можешь.
Но тут, может быть, в удачное время я попал, потому что стали спрашивать с приходов какую-то молодёжную деятельность. И настоятель, который не спешил меня продвигать на рукоположение, он говорит: «Ну, иди организуй молодёжную группу», — была молодёжная группа, средний возраст которой был 50 лет, но всё равно какая-то обратная... Вот уже начинаешь общаться, и уже люди, хоть ты не священник, но как-то твои знания уже востребованы, им с тобой интересно. Но когда становишься священником, уже... правда, есть пока что у нашего народа ещё доверие к священству, которое ещё сложилось в чём-то и в советские годы, когда Церковь ругали, но всё равно все видели, что священники строгие, пусть и недоступные. Да, вспоминают подвиг новомучеников, вспоминают тех батюшек, которые разрушенные храмы восстанавливали, поэтому на самом деле угроза, главное, в противоположном: что вот к тебе относятся так замечательно — чтобы ты это не воспринял, что это действительно так: что ты почти святой человек. Поэтому главное, наоборот, всячески вот это отстранять — вот этот стиль барокко в церковном общении. У нас молодой приход — половина из них в храм вообще не ходила ещё совсем недавно. А вот те люди, которые долгие годы ходят в храм, они сразу: «Ой, наш батюшка, наш настоятель», — причём без какой-то корыстной цели — это вот просто надо им так возвеличить. И приходиться останавливать: «Нет, не надо — я не святой, чтобы его воспевать в каких-то стихирах и так далее». Поэтому этому доверию людей ещё надо соответствовать. И для этого надо какие-то усилие приложить, в частности пока-то ещё легко, знания свежи, но тоже основная проблема современных городских священников, что люди что-то когда выучили многие годы назад и потом ничего нового стараются не узнавать, просто времени действительно нет, и как-то и не пытаешься. И ты привык к некоторому такому восхищению, почитанию, пусть и дистанцированному, ты привык к какой-то богослужебной рутине и у тебя это действительно становится как некоторая работа. Слава Тебе, Господи, вот чего я боялся ещё после первой беседы с владыкой Алексием, да и почему вообще не задумывался о священстве: что вот только ходить на службы — служить. Слава Тебе, Господи, служение священника это не только совершение служб, это и служение проповеди, ну и есть возможность отвлечься мне по должности и на всякие хозяйственные дела — это даёт возможность не заскучать.
К. Лаврентьева
— Отец Стахий, не могу не задать этот вопрос: когда мы готовились к встрече с вами, мы прочитали много материалов, в том числе статью, где вас называют «викингом в рясе». И я сижу и понимаю, что я не могу не задать этот вопрос, потому что у меня совершенно не умещается в голове вот тот образ, который сейчас сложился перед нами, и образ футбольного фаната с 12-летним стажем.
Свящ. Стахий Колотвин
— Футбольный фанатизм бывает разной степени накала, и в моей жизни он тоже был разной степени накала. И какие-то крайности вполне получилось преодолеть — это тоже такая интересная, молодёжная, тинейджерская история, которая тоже яркие воспоминания какие-то оставила. Но сейчас у меня есть абонемент на футбольный стадион, более того, не на фанатский сектор, а на солидный — на центральной трибуне. То есть когда службы позволяют, не пересекаются, то стараюсь — спасибо моей терпеливой жене, она отпускает меня сходить и с ребятами пообщаться, которые тоже повзрослели, которые тоже были такие горячие головы, а сейчас уже у них семьи, дети.
К. Мацан
— Это старые друзья ваши, да?
Свящ. Стахий Колотвин
— Они вот, можно сказать, сейчас даже больше друзьями стали, потому что были действительно такие знакомства, пусть и взаимная поддержка некоторая, а сейчас это стало как-то всё более живо, потому что объединяет не просто некоторое хобби, а объединяют живые житейские вопросы, которые... понятное дело, никто меня там не воспринимает, что ой священник, батюшка — как раз очень полезно очутиться в компании, где тебе с придыханием не говорят: «Ой, наш батюшка!» — а где берут, и даже немного издеваясь, поют на протестантский манер: «Я так рад, что спас меня Иисус!» — хором, человек 10-15 и так далее. Но это всё равно с любовью. Поэтому всё, что Господь в жизни посылает, какие-то ситуации, из них можно как, увы, грехов понабраться, так можно и чего-то полезное вынести.
К. Мацан
— Спасибо огромное за эту беседу! Она какая-то получилась, на мой взгляд, в чём-то даже такая социологическая, потому что мы абсолютно увидели срез поколения и опыт человека, который родился в Перестройку, воцерковлялся в Перестройку и в 90-е, учился богословию в нулевые, стал священником вот в это уже наше новое время. Это тоже такой феномен какой-то и духовный, и социологический, который требует ещё своего осмысления, наверное, в будущем. А мы сегодня к этому опыту прикоснулись, впервые на него посмотрели — для меня, по крайней мере, так впервые очень глубоко. И будем ждать новых встреч с вами, отец Стахий, в эфире.
Свящ. Стахий Колотвин
— Спасибо.
К. Мацан
— Иерей Стахий Колотвин — настоятель храма Воздвижения Креста Господня в Митине был сегодня в программе «Светлый вечер». В студии также была моя коллега Кира Лаврентьева, я — Константин Мацан. До свидания.
К. Лаврентьева
— Всего хорошего.
2 мая. «Царица весна»
Поделиться
Фото: Ralph Katieb/Unsplash
Незаметно свершается пришествие весны, тихими шагами, лёгкими стопами входит она в зимнее пространство и воцаряется в мире без внешних потрясений. Так и Царство Небесное, по слову самого Спасителя, не приходит заметным образом, требуя от нас, однако, постоянных и целеустремлённых усилий для своего водворения. Каковы эти усилия? Стяжание глубокого смирения пред Богом, постоянной и чистой молитвы к Нему и нелицемерной любви, милующей и ближних, и дальних.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 3 мая 2026г.
Поделиться
Тре́тий час
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Псало́м 24:
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Псало́м 50:
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь воскре́сный, глас 3:
Да веселя́тся небе́сная,/ да ра́дуются земна́я;/ я́ко сотвори́ держа́ву мы́шцею Свое́ю Госпо́дь,/ попра́ сме́ртию смерть,/ пе́рвенец ме́ртвых бысть;/ из чре́ва а́дова изба́ви нас,// и подаде́ ми́рови ве́лию ми́лость.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Неде́ли о рассла́бленном, глас 3:
Ду́шу мою́, Го́споди, во гресе́х вся́ческих,/ и безме́стными дея́ньми лю́те разсла́блену,/ воздви́гни Боже́ственным Твои́м предста́тельством,/ я́коже и разсла́бленнаго воздви́гл еси́ дре́вле,/ да зову́ Ти, спаса́емь:// Ще́дрый, сла́ва Христе́, держа́ве Твое́й.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Псало́м 53:
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.
Псало́м 54:
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся от гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не? И полещу́, и почи́ю. Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Псало́м 90:
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь воскре́сный, глас 3:
Да веселя́тся небе́сная,/ да ра́дуются земна́я;/ я́ко сотвори́ держа́ву мы́шцею Свое́ю Госпо́дь,/ попра́ сме́ртию смерть,/ пе́рвенец ме́ртвых бысть;/ из чре́ва а́дова изба́ви нас,// и подаде́ ми́рови ве́лию ми́лость.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Неде́ли о рассла́бленном, глас 3:
Ду́шу мою́, Го́споди, во гресе́х вся́ческих,/ и безме́стными дея́ньми лю́те разсла́блену,/ воздви́гни Боже́ственным Твои́м предста́тельством,/ я́коже и разсла́бленнаго воздви́гл еси́ дре́вле,/ да зову́ Ти, спаса́емь:// Ще́дрый, сла́ва Христе́, держа́ве Твое́й.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в, ами́нь.
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 3 мая 2026г.
Поделиться
Боже́ственная литурги́я святи́теля Иоа́нна Златоу́стого
Нача́ло литурги́и от Неде́ли Фомино́й до отда́ния Па́схи:
Литургия оглашенных:
Диакон: Благослови́ влады́ко.
Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Открываются Царские врата
Священнослужители поют в алтаре: [1]
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Дважды)
Третий раз до середины:
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в
Хор завершает:
Хор: И су́щим во гробе́х живо́т дарова́в.
Царские врата закрываются и диакон произносит Великую (Мирную) ектению:
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Пе́рвый антифо́н, псало́м 102:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ благослове́н еси́ Го́споди./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́./ Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и не забыва́й всех воздая́ний Его́,/ очища́ющаго вся беззако́ния твоя́,/ исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́,/ избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой,/ венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами,/ исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́:/ обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́./ Творя́й ми́лостыни Госпо́дь,/ и судьбу́ всем оби́димым./ Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови,/ сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́:/ Щедр и Ми́лостив Госпо́дь,/ Долготерпели́в и Многоми́лостив./ Не до конца́ прогне́вается,/ ниже́ в век вражду́ет,/ не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам,/ ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам./ Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́,/ утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́./ Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад,/ уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша./ Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны,/ уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́./ Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше,/ помяну́, я́ко персть есмы́./ Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́,/ я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т,/ я́ко дух про́йде в нем,/ и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́./ Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́,/ и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́./ Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой,/ и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет./ Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́,/ си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́./ Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́,/ слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́./ Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́./
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́.// Благослове́н еси́, Го́споди.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Второ́й антифо́н, псало́м 145:
Хор: Хвали́, душе́ моя́, Го́спода./ Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м,/ пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь./ Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия,/ в ни́хже несть спасе́ния./ Изы́дет дух его́/ и возврати́тся в зе́млю свою́./ В той день поги́бнут вся помышле́ния его́./ Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́,/ упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́,/ сотво́ршаго не́бо и зе́млю,/ мо́ре и вся, я́же в них,/ храня́щаго и́стину в век,/ творя́щаго суд оби́димым,/ даю́щаго пи́щу а́лчущим./ Госпо́дь реши́т окова́нныя./ Госпо́дь умудря́ет слепцы́./ Госпо́дь возво́дит низве́рженныя./ Госпо́дь лю́бит пра́ведники./ Госпо́дь храни́т прише́льцы,/ си́ра и вдову́ прии́мет/ и путь гре́шных погуби́т./ Воцари́тся Госпо́дь во век,// Бог твой, Сио́не, в род и род.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Единоро́дный Сы́не:
Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тре́тий антифо́н , блаже́нны:
Хор: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
На 12: Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.
На 10: Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.
Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.
На 8: Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.
Воскресные (из Триоди), глас 3:
Тропарь: Отве́ргшаго, Христе́, за́поведь Твою́,/ пра́отца Ада́ма из рая́ изгна́л еси́:/ разбо́йника же, Ще́дре, испове́давша Тя на кресте́,/ вонь всели́л еси́, зову́ща:// помяни́ мя, Спа́се, во ца́рствии Твое́м.
Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.
Тропарь: Воскре́с из ме́ртвых, совоскреси́л еси́ нас от страсте́й/ воскресе́нием Твои́м, Го́споди:/ сме́ртную же всю си́лу погуби́л еси́, Спа́се./ Сего́ ра́ди ве́рою Ти зове́м:// помяни́ и нас во ца́рствии Твое́м.
На 6: Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.
Тропарь: Тридне́вным Твои́м погребе́нием,/ и́же во а́де умерщвле́нныя, я́ко Бог, оживотвори́вый, совоздви́гл еси́,/ и нетле́ние всем, я́ко Благ, источи́л еси́ нам, ве́рою зову́щим всегда́:// помяни́ и нас во ца́рствии Твое́м.
Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Тропарь: Согре́шших нас сме́ртною осуди́л еси́ кля́твою, Живода́вче и Го́споди,/ те́лом же Твои́м, безгре́шне Влады́ко, пострада́в,/ сме́ртныя оживи́л еси́ зову́щия:// помяни́ и нас во ца́рствии Твое́м.
На 4: Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.
Недели о расслабленном, глас 3:
Тропарь: Вознесы́йся во́лею на Дре́во,/ положи́лся еси́ я́ко мертв во гро́бе,/ и су́щия во а́де ме́ртвыя вся вку́пе оживи́в, Христе́,// воскреси́л еси́ Боже́ственною си́лою.
Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.
Тропарь: Ад срет Тя, Ще́дре, до́ле, огорчи́ся,/ свя́занныя отдава́я со тща́нием,/ Твое́ стра́шное пою́щия, Спа́се, Воскресе́ние,// во гла́сех немо́лчных.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тро́ичен: Тро́ицу Ли́цы Тя чту,/ Еди́ницу же Существо́м пропове́даю,/ безнача́льне О́тче, Сы́не, Ду́ше Пра́вый: Бо́же всех,// с вы́шними стра́шными во́инствы.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Вся Боже́ственным манове́нием нося́й,/ держи́мь есть, Богоро́дице Де́во, во объя́тиях Твои́х,// всех нас восхища́я, от руки́ рабо́ты лука́ваго, я́ко Щедр.
Ма́лый вход (с Ева́нгелием):
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Хор: Прииди́те, поклони́мся и припаде́м ко Христу́. Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, Воскресы́й из ме́ртвых, пою́щия Ти: аллилу́иа.
Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:
Тропа́рь воскре́сный, глас 3:
Да веселя́тся небе́сная,/ да ра́дуются земна́я;/ я́ко сотвори́ держа́ву мы́шцею Свое́ю Госпо́дь,/ попра́ сме́ртию смерть,/ пе́рвенец ме́ртвых бысть;/ из чре́ва а́дова изба́ви нас,// и подаде́ ми́рови ве́лию ми́лость.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к Неде́ли о рассла́бленном, глас 3:
Ду́шу мою́, Го́споди, во гресе́х вся́ческих,/ и безме́стными дея́ньми лю́те разсла́блену,/ воздви́гни Боже́ственным Твои́м предста́тельством,/ я́коже и разсла́бленнаго воздви́гл еси́ дре́вле,/ да зову́ Ти, спаса́емь:// Ще́дрый, сла́ва Христе́, держа́ве Твое́й.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Па́схи, глас 8:
А́ще и во гроб снизше́л еси́, Безсме́ртне,/ но а́дову разруши́л еси́ си́лу,/ и воскре́сл еси́, я́ко победи́тель, Христе́ Бо́же,/ жена́м мироно́сицам веща́вый: ра́дуйтеся,/ и Твои́м апо́столом мир да́руяй,// па́дшим подая́й воскресе́ние.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.
Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Диакон: И услы́ши ны.
Хор: И услы́ши ны.
Диакон: И во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Трисвято́е:
Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Проки́мен Неде́ли о рассла́бленном, глас 1:
Чтец: Проки́мен, глас пе́рвый: Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас,/ я́коже упова́хом на Тя.
Хор: Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас,/ я́коже упова́хом на Тя.
Чтец: Ра́дуйтеся пра́веднии о Го́споде: пра́вым подоба́ет похвала́.
Хор: Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас,/ я́коже упова́хом на Тя.
Чтец: Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас,
Хор: Я́коже упова́хом на Тя.
Чте́ние Апо́стола:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Дея́ний святы́х апо́стол чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние Неде́ли о рассла́бленном (Деян., зач. 23: гл.9, стт.32-42):
Чтец: Во дни о́ны, бысть Петру́, посеща́ющу всех, сни́ти и ко святы́м живу́щим в Ли́дде: Обре́те же та́мо челове́ка не́коего, и́менем Ене́а, от осми́ лет лежа́ща на одре́, и́же бе разсла́блен. И рече́ ему́ Петр: Ене́е, исцеля́ет тя Иису́с Христо́с, воста́ни с посте́ли твоея́. И а́бие воста́: И ви́деша его́ вси живу́щии в Ли́дде и во Ассаро́не, и́же обрати́шася ко Го́споду. Во Иоппи́и же бе не́кая учени́ца, и́менем Тави́фа, я́же сказа́ема глаго́лется, се́рна: сия́ бя́ше испо́лнена благи́х дел и ми́лостынь, я́же творя́ше. Бысть же во дни ты́я, боле́вшей ей умре́ти: омы́вше же ю́, положи́ша в го́рнице. Близ же су́щей Ли́дде Иоппи́и, ученицы́ слы́шавше, я́ко Петр есть в ней, посла́ша два му́жа к нему́, моля́ще его́ не облени́тися приити́ до них. Воста́в же Петр и́де с ни́ма, его́же прише́дша возведо́ша в го́рницу, и предста́ша ему́ вся вдови́цы пла́чуща, и показу́юща ри́зы и оде́жды, ели́ка творя́ше, с ни́ми су́щи, Се́рна. Изгна́в же вон вся Петр, прекло́нь коле́на помоли́ся, и обра́щься к те́лу, рече́: Тави́фо, воста́ни. Она́ же отве́рзе о́чи свои́, и ви́девши Петра́, се́де. Пода́в же ей ру́ку, воздви́же ю́, и призва́в святы́я и вдови́цы, поста́ви ю́ жи́ву. Уве́дано же бысть се по всей Иоппи́и, и мно́зи ве́роваша в Го́спода.
Случилось, что Петр, обходя всех, пришел и к святым, живущим в Лидде.
Там нашел он одного человека, именем Энея, который восемь уже лет лежал в постели в расслаблении.
Петр сказал ему: Эней! исцеляет тебя Иисус Христос; встань с постели твоей. И он тотчас встал.
И видели его все, живущие в Лидде и в Сароне, которые и обратились к Господу.
В Иоппии находилась одна ученица, именем Тавифа, что значит: «серна»; она была исполнена добрых дел и творила много милостынь.
Случилось в те дни, что она занемогла и умерла. Ее омыли и положили в горнице.
А как Лидда была близ Иоппии, то ученики, услышав, что Петр находится там, послали к нему двух человек просить, чтобы он не замедлил прийти к ним.
Петр, встав, пошел с ними; и когда он прибыл, ввели его в горницу, и все вдовицы со слезами предстали перед ним, показывая рубашки и платья, какие делала Серна, живя с ними.
Петр выслал всех вон и, преклонив колени, помолился, и, обратившись к телу, сказал: Тавифа! встань. И она открыла глаза свои и, увидев Петра, села.
Он, подав ей руку, поднял ее, и, призвав святых и вдовиц, поставил ее перед ними живою.
Это сделалось известным по всей Иоппии, и многие уверовали в Господа.
Иерей: Мир ти.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Аллилуа́рий Неде́ли о рассла́бленном, глас 5:
Чтец: Глас пя́тый: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Ми́лости Твоя́, Го́споди, во век воспою́.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Зане́ рекл еси́: в век ми́лость сози́ждется.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Иоа́нна.
Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Иоа́нна , да даст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.
Диакон: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: От Иоа́нна свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние Неде́ли о рассла́бленном (Ин., зач.14: гл.5, ст.1-15):
Диакон: Во вре́мя о́но, взы́де Иису́с во Иерусали́м. Есть же во Иерусали́мех на о́вчей купе́ли, я́же глаго́лется евре́йски Вифесда́, пять притво́р иму́щи. В тех слежа́ше мно́жество боля́щих, слепы́х, хромы́х, сухи́х, ча́ющих движе́ния воды́. А́нгел бо Госпо́день на вся́ко ле́то схожда́ше в купе́ль, и возмуща́ше во́ду: и и́же пе́рвее вла́зяше по возмуще́нии воды́, здрав быва́ше, яце́м же неду́гом одержи́мь быва́ше. Бе же ту не́кий челове́к, три́десять и осмь лет имы́й в неду́зе свое́м. Сего́ ви́дев Иису́с лежа́ща, и разуме́в, я́ко мно́га ле́та уже́ имя́ше в неду́зе, глаго́ла ему́: хо́щеши ли цел бы́ти? Отвеща́ Ему́ неду́жный: ей, Го́споди, челове́ка не и́мам, да егда́ возмути́тся вода́, вве́ржет мя в купе́ль: егда́ же прихожду́ аз, ин пре́жде мене́ сла́зит. Глаго́ла ему́ Иису́с: воста́ни, возми́ одр твой, и ходи́. И а́бие здрав бысть челове́к, и взем одр свой, и хожда́ше. Бе же суббо́та в той день. Глаго́лаху же жи́дове изцеле́вшему: суббо́та есть, и не досто́ит ти взя́ти одра́ твоего́. Он же отвеща́ им: И́же мя сотвори́ це́ла, Той мне рече́: возми́ одр твой и ходи́. Вопроси́ша же его́: кто есть Челове́к реки́й ти: возми́ одр твой и ходи́? Изцеле́вый же не ве́дяше, кто есть: Иису́с бо укло́нься, наро́ду су́щу на ме́сте. Пото́м же обре́те его́ Иису́с в це́ркви, и рече́ ему́: се здрав бысть, ктому́ не согреша́й, да не го́рше ти что бу́дет. И́де же челове́к, и пове́да иуде́ом, я́ко Иису́с есть, И́же мя сотвори́ це́ла.
После сего был праздник Иудейский, и пришел Иисус в Иерусалим.
Есть же в Иерусалиме у Овечьих ворот купальня, называемая по-еврейски Вифезда*, при которой было пять крытых ходов.
В них лежало великое множество больных, слепых, хромых, иссохших, ожидающих движения воды,
ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду, и кто первый входил в нее по возмущении воды, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнью.
Тут был человек, находившийся в болезни тридцать восемь лет.
Иисус, увидев его лежащего и узнав, что он лежит уже долгое время, говорит ему: хочешь ли быть здоров?
Больной отвечал Ему: так, Господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня.
Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи.
И он тотчас выздоровел, и взял постель свою и пошел. Было же это в день субботний.
Посему Иудеи говорили исцеленному: сегодня суббота; не должно тебе брать постели.
Он отвечал им: Кто меня исцелил, Тот мне сказал: возьми постель твою и ходи.
Его спросили: кто Тот Человек, Который сказал тебе: возьми постель твою и ходи?
Исцеленный же не знал, кто Он, ибо Иисус скрылся в народе, бывшем на том месте.
Потом Иисус встретил его в храме и сказал ему: вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже.
Человек сей пошел и объявил Иудеям, что исцеливший его есть Иисус.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и о всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных святе́йших патриарсех православных, и созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Прошения о Святой Руси: [2]
Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.
Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Моли́тва о Свято́й Руси́: 6
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.
Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.
Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.
Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.
Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.
Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.
Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние и побе́да и спасе́ние упова́ющим на Тя и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ об оглаше́нных:
Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.
Огласи́т их сло́вом и́стины.
Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.
Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.
Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Литургия верных:
Ектения́ ве́рных, пе́рвая:
Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ ве́рных, втора́я:
Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Херуви́мская песнь:
Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.
Вели́кий вход:
Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.
Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную// и Неразде́льную.
Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.
Си́мвол ве́ры:
Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Евхаристи́ческий кано́н:
Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.
Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.
Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́ и любы́ Бо́га и Отца́ и прича́стие Свята́го Ду́ха, бу́ди со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Иерей: Горе́ име́им сердца́.
Хор: И́мамы ко Го́споду.
Иерей: Благодари́м Го́спода.
Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице единосу́щней и неразде́льней.
Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.
Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.
Иерей: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.
Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.
Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.
Задосто́йник Па́схи:
Припев: А́нгел вопия́ше Благода́тней:/ Чи́стая Де́во, ра́дуйся!/ И па́ки реку́: ра́дуйся!/ Твой Сын воскре́се/ тридне́вен от гро́ба,/ и ме́ртвыя воздви́гнувый:// лю́дие, весели́теся.
Ирмос: Свети́ся, свети́ся,/ но́вый Иерусали́ме:/ сла́ва бо Госпо́дня/ на тебе́ возсия́./ Лику́й ны́не/ и весели́ся, Сио́не./ Ты же, Чи́стая, красу́йся, Богоро́дице,// о воста́нии Рождества́ Твоего́.
Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.
Хор: И всех, и вся.
Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́, и глаго́лати:
Моли́тва Госпо́дня:
Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Благода́тию и щедро́тами и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Свята́я святы́м.
Хор: Еди́н свят, еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, во сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
Прича́стны Па́схи и воскре́сный:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
Хвали́те Го́спода с Небе́с, хвали́те Его́ в вы́шних.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Прича́стие:
Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.
Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.
Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.
Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.
Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.
Во время Причащения людей:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
После Причащения людей:
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
По́сле Прича́стия:
Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Единожды, протяжно)
Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ заключи́тельная:
Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: С ми́ром изы́дем.
Хор: О и́мени Госпо́дни.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Заамво́нная моли́тва:
Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов и Тебе́ сла́ву и благодаре́ние и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и́./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Отпу́ст:
Иерей: Воскресы́й из ме́ртвых Христо́с, И́стинный Бог наш...
И осеняет предстоящих Крестом на три стороны, громко произнося при каждом осенении:
Иерей: Христо́с воскре́се!
Люди: Вои́стину воскре́се!
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды, поскору)
И нам дарова́ живо́т ве́чный, покланя́емся Его́ тридне́вному Воскресе́нию.
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
[1] Если поют два хора возможен следующий вариант:
Первый раз тропарь поет духовенство, второй — один хор, третий раз тропарь поет другой хор.
[2] Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.
