Усилие

Поделиться

Люди старшего поколения любят рассказывать, что по большим православным праздникам их в храм не пускали: вокруг храма выстраивались дружинники и особо ретивые комсомольцы, и вот они-то и не пропускали молодежь в церковь.

Конечно, если идешь к пасхальной заутрене с комсомольским значком на груди и с ясным взглядом молодого строителя коммунизма, то могли и не пропустить, а то и устроить допрос: откуда, мол, где учишься, зачем идешь, когда знаешь, что религиозный дурман... и так далее. И спорить с ними никак нельзя: начнешь возражать, доказывать — уж точно не пропустят. Могут и в институт сообщить.

Всё так. Только вот меня почему-то всегда пропускали. Меня — студента Московского университета! Как это выходило? Нет, я не пользовался знакомством со священником, чтобы его не подводить, да и себя тоже; не искал потайных ходов и троп. Я шел напрямик. Но! К этому надо было приготовиться. Даю инструкцию, которая ныне, слава Богу, никому не пригодится.

Итак.

Во-первых, необходимо было отрастить трехдневную щетину на щеках. Скажут: это ж модно, многие из молодежи трехдневной щетиной щеголяют! Сейчас — да, а раньше, в 60-х годах прошлого века студентам-комсомольцам полагалось быть чисто выбритыми.

Во-вторых, одежду надо было иметь на себе самую простую: спортивная куртка, и не приведи Господь — джинсы, техасы — категорически исключались! Так — старенькое пальтишко и свитерок под ним, а еще лучше — сразу рубашка, застегнутая под горлышко, как в деревне, и брюки немодной ширины. Ну, и ботинки фабрики «Скороход», слабо и давно чищенные. Да, еще: непременно кепка нужна, чтобы снять ее в нужный момент! Это о внешнем виде. Однако главное — лицо! К нему и переходим.

В-третьих. Выражение лица должно излучать смиренную, но непреклонную отрешенность.

Вооружившись настоящей инструкцией, мною самим и изобретенной, я спокойно подходил к комсомольскому кордону, останавливался почти у самых ног цепи дружинников так, чтобы всем стало ясно, что я их просто не вижу, и, устремив взор в открытые двери храма, трижды тщательно и подробно крестился... нет — творил Крестное Знамение, сопровождаемое поясным поклоном. И шел в храм, глядя сквозь кордон «лазерным» взглядом. Расступались! Всегда! Потому что, с безумным связываться себе дороже, да и лень. Не наш он — отравленный «опиумом для народа», бедолага!

Фантастические времена, антиутопия какая-то! Но так мы жили. Чтобы к торжеству Воскресения Христова присоединиться, надо было усилие употребить. И это правильно: ведь Царство Божие усилием берется! А дружинники-то об этом не слыхали, вот уж, правда, бедолаги!