
Фото: John-Mark Smith / Pexels
Маленький мальчик, девятый ребёнок в большой многодетной семье, в ученической тетради снова и снова старательно переписывал фразу: «Тот истинный есть Царь, кто ... живёт для благополучия подданных своих». Так в детстве обучали чистописанию, а заодно и готовили к возможному царскому поприщу, великого князя Николая Павловича Романова, будущего императора Николая Первого, который правил с 1825-го по 1855 год. В Государственном архиве Российской Федерации сохранились его учебные тетради. А в 1906 году вышли, и в наше время переиздавались, его мемуары под заголовком «Воспоминания о младенческих годах императора Николая Павловича, записанные им собственноручно». В них Николай I делится первыми впечатлениями своего детства.
«Образ нашей детской жизни был довольно схож с жизнью прочих детей», — писал император. По-видимому, в юные годы Николай Павлович действительно какое-то время ощущал себя вполне обычным ребёнком, а вовсе не августейшим отпрыском. Вероятность его восхождения на Российский престол была крайне невелика. Кроме Николая, в семье его отца, Павла Первого и матери Марии Фёдоровны, было ещё двое старших сыновей. У братьев когда-то должны были появиться свои дети. Поэтому очередь Николая Павловича на трон в перспективе всё более и более отодвигалась. Однако во время правления старшего брата Николая, Александра Первого, ближайший в очереди на трон великий князь Константин Павлович подписал отречение. Сыновей ни у него, ни у Александра, не было. Это означало, что следующим императором станет Николай. Ему предстояли три десятилетия императорского служения. О начале своего правления он напишет в других мемуарах. А в «Воспоминаниях о младенческих годах...» обращается к детству.
Николай Павлович пишет о своей бабушке, Екатерине Великой. Она скончалась через несколько месяцев после его рождения. Однако по рассказам родных Николай знал, что его появлению на свет Екатерина была очень рада. «Я думаю, что рождение моё было последним счастливым событием, ею испытанным; я был, говорят, большой и здоровый ребёнок, она меня благословила, сказав при этом: "Экий богатырь!"». С теплом вспоминает Николай об отце, Павле Первом. Рассказывает об отцовской заботе: «Однажды, когда я был испуган шумом гвардии в Зимнем дворце, отец мой, проходивший в это время, взял меня на руки». Николай I пишет и о страшной ночи дворцового переворота, когда Павел I был убит в Михайловском замке. Признается, что, когда его увезли оттуда в тихий Зимний дворец, он не знал о том, что отца не стало. В память 4-летнему мальчику тогда врезались увиденные в Зимнем любимые игрушки. «Для нас было счастьем опять увидеть наши комнаты и наших деревянных лошадок».
Необычайно интересно описание Николаем Павловичем встречи с генералиссимусом Александром Суворовым. Николаю тогда не было и 4-х лет, однако воспоминание, по-видимому, ярко врезалось в его память: «В библиотеке моей матери я увидел оригинальную фигуру, покрытую орденами, которых я не знал; эта личность меня поразила. Я его осыпал множеством вопросов по этому поводу; он стал передо мной на колени и имел терпение мне всё показать и объяснить». Эти совсем небольшие по объёму мемуары императора Николая Первого стали одновременно и важным историческим документом, и трогательным подтверждением того, что все мы родом из детства. И могущественные монархи — не исключение.
Все выпуски программы Открываем историю
На остановке

Фото: Jana Shnipelson / Unsplash
Привычный маршрут встречает мелкой моросью в лобовое стекло. Небо серое. Еду на работу. На перекрёстке скопились машины — красный свет, останавливаюсь.
Взгляд падает на автобусную остановку на другой стороне улицы. Там стоит пожилая пара. Невысокая женщина в бежевом плаще и светло-бордовой косынке слегка опирается на сумку-тележку. Рядом с ней сухощавый спутник в брюках, серой болоньевой куртке и с чёрной матерчатой сумкой для продуктов. Он делает к женщине шаг и аккуратно заправляет торчащий кончик косынки под воротник плаща. Мужчина делает это бережно, не спеша. Когда он заканчивает, то женщина поворачивается к нему, и её лицо меняется в улыбке, будто молодеет на глазах.
Они продолжают просто стоять рядом, а я чувствую тихую радость. И как-то светлее всё становится вокруг, будто-то потеплело за окном.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Добродушный великан

Фото: Bruno Kraler / Pexels
Однажды моё рабочее утро на автомобильной заправочной станции началось со знакомства с огромным псом. Видимо, он забрёл к нам — подальше от дороги.
Это был метис крупных пород: сенбернара, кавказской овчарки, а возможно и московской сторожевой. Как он здесь оказался — никто из коллег не знал. Он улёгся на лужайке возле пожарного щита и, кажется, не собирался никуда идти.
Я решил подойти к нему не с пустыми руками. Миска с гречкой, перемешанной с тушёнкой, стала залогом нашего успешного знакомства. Через 10 минут я уже гладил собаку.
Рассвет — так мы с коллегами назвали этого «четвероногого странника» — теперь живёт на заправке. У него есть свой вольер с будкой и лежанка. Не знаю почему, но теперь, когда моё рабочее утро начинается с заботы об этом добродушном великане, на душе у меня становится теплее. Для этого я прихожу пораньше и отношу ему миску с едой, а взамен получаю звонкий лай.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Имбирный нокаут

Фото: Gundula Vogel / Pexels
Я работаю тренером по боксу. И как-то, возвращаясь после соревнований из другого города, прилетел в Москву рано утром. По пути из аэропорта заехал в магазин — жена приболела и попросила купить лимонов. И вот стою во фруктовом отделе, выбираю цитрусы, и вижу рядом в лотке с имбирём необычное корневище. По форме оно напоминало человечка. Причём весёлого: руки были направлены вверх, а ноги будто согнуты перед прыжком, голова слегка наклонена набок. Он будто танцевал...
Я не собирался покупать имбирь, но тут сообразил, что чай с имбирём и лимоном — это двойной удар по простуде. Но я немного ошибся. В моём случае удар был даже не двойным. Корень в виде танцующего человечка вызвал такую радость у супруги, что её самочувствие тут же улучшилось.
— Да, — подумал я. — Пожалуй, утро, которое начинается с улыбки и имбирно-лимонного чая, вполне может отправить простуду в нокаут.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











