Поделиться
Дауры – это народ, который ныне проживает в северной части Китая в основном во Внутренней Монголии и в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. А меж тем, сложись ситуация по-другому, мы могли бы рассказывать о даурах, как о народе, который проживает на территории России. Но… сложилось так как сложилось…
И все же когда-то дауры проживали на нынешней российской территории. А история дауров – история народа-скитальца. Похоже, что дауры пришли на территорию Приамурья из Монголии. И произошло это, скорее всего, по причине того, что на территории Монголии шла борьба за пастбища, в ходе которой более слабые племена (а ими оказались дауры) были вынуждены уйти. Случилось переселение в 13-м веке.
К слову. Весьма любопытно то, что название «даур» означает «пахарь». То есть земледелец – весьма, надо сказать, редкая квалификация для тех времен и тех мест.
К моменту же появления на Амуре первых русских землепроходцев дауры уже были одной из наиболее крупных народностей Приамурья - их численность составляла более 10 тысяч человек.
И встретили они русских неласково. Скажем казачий отряд Пояркова с января 1644 года до лета этого же года оборонялись от дауров, осадивших казачье зимовье. Далее на Амур пришел отряд Ерофея Хабарова. И их приходу дауры не обрадовались. Они оказывали сопротивление, но довольно безуспешно – казаки достаточно легко брали даурские поселения.
Однако дауры не смирялись. И есть этому простое объяснение. Пришедшие русские требовали дани. А дауры уже платили дань маньчжурскому Императору Шуньчжи, и, как говорится, этой обязанности с них никто не снимал.
Мало того, в то время маньчжуры были сильнее малочисленных русских. Но экспансия России нарастала. И дауры оказались на острие политического и вполне себе военного противостояния двух весьма мощных сил.
Известная поговорка что «паны дерутся, а у холопов чубы трещат» если и не была даурам известна, то уж принцип этот они знали наверняка. И в очередной уже раз решили переселиться. На сей раз на юг, на берега реки Нэнь-цзян. Одним народом стало в России меньше. Осталась лишь местность с названием Даурия.
И в заключение штрих о мужестве и свободолюбии дауров. Во время оккупации Маньчжурии Квантунской армией в 1931 году дауры весьма активно боролись с японскими оккупантами.
Л. Монтгомери «Рилла из Инглсайда» — «Дела любви несут утешение»
Поделиться
Фото: Nika Benedictova / Unsplash
Иногда совершённый с любовью поступок, — обнять плачущего ребёнка, сказать доброе слово, отложить свои дела ради другого — становится для нас утешением в час испытаний. Для кого? Так происходит с Энн, героиней повести «Рилла из Инглсайда» канадской писательницы прошлого столетия Люси Монтгомери. Начало Первой Мировой войны. Сын Энн, Джем, отправляется на фронт. Мать собирает его вещи и вспоминает, как когда-то много лет назад, новорождённый малыш Джем расплакался. Энн тогда, преодолевая усталость, взяла его на руки. Сейчас, собирая вещи Джема накануне его отъезда на фронт, Энн говорит:
— Если бы я не пошла к Джему той ночью, двадцать один год назад и не взяла его на руки, я бы не смогла выдержать завтрашний день.
Почему же этот, казалось бы, обычный эпизод так важен для Энн? Дело не в том, что он был уникальным или героическим. Напротив, он ценен именно потому, что был одним из многих. И сейчас, отпуская Джема на войну, Энн черпает утешение в осознании: её любовь к сыну была цельной и постоянной. Это воспоминание даёт ей опору. Ведь любовь, писал святитель Лука Войно-Ясенецкий, подвижник девятнадцатого-двадцатого столетий, сильнее всякой другой силы — она побеждает всё.
Все выпуски программы ПроЧтение:
Ф. Достоевский «Идиот» — «Победить неприметное зло»
Поделиться
Фото: George Hoza / Unsplash
Зло порой бывает неприметным, и тогда особенно трудно победить его. Ведь оно таится в сердце и лишь невзначай обнаруживает себя в импульсивных словах и поступках. Такой случай описывает Фёдор Михайлович Достоевский в романе «Идиот».
Один из героев романа, подросток Коля, однажды при гостях слышит историю своего отца, отставного генерала Иволгина. Два года назад генерал ехал в поезде и курил. В вагон вошли две дамы с болонкой и сели рядом. Внезапно одна из дам выхватила сигару у генерала и выбросила её в окно. В ответ Иволгин схватил за ошейник собачку и швырнул её вслед за сигарой.
— Только взвизгнула, — вспоминает генерал.
Как же реагируют слушатели на эту историю? С одобрением. Особенно восхищён сын генерала.
— Я бы непременно то же бы самое сделал! — кричит он. В словах Коли слышны и жестокость к живому существу (собачке), и мстительность, но мальчик даже не замечает этого.
Преподобный Серафим Саровский, подвижник восемнадцатого-девятнадцатого столетий, говорил, что «внимание к себе — это начало покаяния». Только внимательно наблюдая за движениями своей души, можно увидеть её несовершенство, и тогда рождается сокрушение и стремление к исцелению.
Коля пока не замечает тёмных сторон своей натуры, так ярко проявившихся в этой истории. Однако позже он сближается с князем Мышкиным — светлым героем романа. Судя по тому, каким отзывчивым и чутким становится мальчик к финалу романа, можно предположить, что дружба с князем помогла Коле осознать таящееся в себе зло и встать на путь борьбы с ним.
Все выпуски программы ПроЧтение:
Исповедница Наталия Фредерикс
Поделиться
«Возлюби ближнего твоего как самого себя». Эта евангельская заповедь Христа начертана на свитке, с которым изображена на иконе святая исповедница Наталия Соловецкая. В миру Наталия Модестовна Фредерикс. Аристократка, придворная дама, фрейлина трёх императриц. Женщина, чья жизнь стала подвигом милосердия, любви к ближнему и верности Богу.
Наталия родилась в 1864 году, на территории современного Донецка, в Знаменовке — родовом имении дворян Фредериксов. Представители этой российской аристократической фамилии со времён Екатерины Великой служили при дворе российских императоров. С юного возраста окунулась в придворную жизнь и Наталия. Сорок лет её придворной службы прошли отнюдь не в праздности. Как только выдавалось свободное время, Наталия спешила в Знаменовку, которую унаследовала после кончины родителей. Там для крестьян она на личные средства построила школу, больницу и новую церковь.
В 1914 году началась Первая Мировая война. Баронесса Наталья Фредерикс в первые же её дни поступила на курсы сестёр милосердия и отправилась на фронт в составе военно-санитарного поезда великой княгини Елизаветы Фёдоровны. С войны вернулась награждённая медалью «За усердие» на Анненской ленте. В те годы она, по некоторым сведениям, приняла тайный постриг и стала монахиней в миру.
В октябре 1917-го к власти пришли большевики. Была расстреляна царская семья. Большинство знакомых Наталии Фередрикс эмигрировали. А она осталась. Устроилась на работу в библиотеку. В революционном Петрограде стала членом приходского совета Сергиевского собора на Литейном проспекте. В 1919-м Наталию Модестовну арестовали за активную церковную деятельность. Полгода она провела тогда в подмосковной тюрьме. А в 1924-м, после второго ареста, баронессу приговорили к двум годам заключения в Соловецком исправительно-трудовом лагере. Трудно представить, но Наталия Модестовна радовалась. Для неё Соловки были не местом каторги, а святыней — лагерь располагался в древнем Соловецком монастыре, пусть и поруганном безбожной властью.
Наталья Модестовна безропотно переносила тяготы лагерной жизни. По 14 часов в день трудилась на кирпичном заводе, эта работа считалась в лагере самой тяжёлой. По возвращении в барак брала тряпку и наводила чистоту. Потом тихонько молилась перед маленькой иконой. Глядя на баронессу, и другие арестантки далёкие от веры в Бога, постепенно менялись. На Страстной неделе 1925 года женщины из барака, в котором жила Наталия Фредерикс, тайно исповедовались и причастились у священника, заключённого здесь же, на Соловках.
В 1926 году в лагере началась эпидемия сыпного тифа. Заражённых было много, медицинского персонала не хватало. Арестантки даже за двойной паёк не соглашались помогать медсёстрам. А Наталия Модестовна добровольно пришла к лагерному начальству. Сказала: «Я сестра милосердия, знаю, как обходиться с больными». Баронесса ухаживала за несчастными. И вскоре заразилась сама. Начальник санчасти предложил ей отдельную палату и уход. Наталья Модестовна отказалась. «Лучше послужу больным. У меня есть ещё немного времени». Спустя несколько дней баронесса Наталия Фредерикс скончалась. Однажды в лагере она произнесла слова, которые многим тогда запомнились и помогли: «Мы думаем о тяжёлом, и не даём себе труда разглядеть радости. Сколько бы ни было тяжёлого в жизни, всегда ещё столько остаётся, в чём можно черпать силу, смысл и радость!»
Все выпуски программы Жизнь как служение
