Поделиться
Гостем программы «Исторический час» на Радио ВЕРА был доктор исторических наук Сергей Алексеев. Разговор шел об истории и судьбе древнего города Туров и Туровской земли, находящихся на территории современной Беларуси. Город Туров в период древней Руси играл важное значение. Здесь правили видные князья, здесь несли свой духовный подвиг известные святые. Обо всем этом мы говорили в этой беседе.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Все выпуски программы Исторический час
- «Город Туров». Сергей Алексеев
- «Историк Дмитрий Иванович Иловайский». Татьяна Агейчева
- «Николай Семенович Тихонов». Сергей Арутюнов
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Рим., 94 зач., VII, 1-13
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Удивительно, но легче не согрешать тогда, когда мы и вовсе не знаем, что то или иное действие греховно. Звучит это странно и сомнительно, но именно на этот закон духовной жизни опирался апостол Павел, когда объяснял смысл ветхозаветного закона. Сегодня в православных храмах звучит отрывок из 7-й главы Послания апостола Павла к Римлянам. В этом отрывке содержатся апостольские размышления о законе Ветхого Завета.
Глава 7.
1 Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив?
2 Замужняя женщина привязана законом к живому мужу; а если умрет муж, она освобождается от закона замужества.
3 Посему, если при живом муже выйдет за другого, называется прелюбодейцею; если же умрет муж, она свободна от закона, и не будет прелюбодейцею, выйдя за другого мужа.
4 Так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу.
5 Ибо, когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти;
6 но ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве.
7 Что же скажем? Неужели от закона грех? Никак. Но я не иначе узнал грех, как посредством закона. Ибо я не понимал бы и пожелания, если бы закон не говорил: не пожелай.
8 Но грех, взяв повод от заповеди, произвел во мне всякое пожелание: ибо без закона грех мертв.
9 Я жил некогда без закона; но когда пришла заповедь, то грех ожил,
10 а я умер; и таким образом заповедь, данная для жизни, послужила мне к смерти,
11 потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею.
12 Посему закон свят, и заповедь свята и праведна и добра.
13 Итак, неужели доброе сделалось мне смертоносным? Никак; но грех, оказывающийся грехом потому, что посредством доброго причиняет мне смерть, так что грех становится крайне грешен посредством заповеди.
Только что мы услышали один из самых непростых фрагментов Посланий апостола Павла.
Впрочем, сложность этого отрывка не мешает нам понять главное: апостол, направляя свои слова к римским христианам из евреев, стремился объяснить, что закон Ветхого Завета исполнил свою функцию, а потому нет никакого смысла за него держаться.
Растолковывая эту мысль, святой апостол использовал довольно непростые аналогии и сравнения, а говоря о соотношении греха и закона, он сказал и вовсе нечто странное: «Я не иначе узнал грех, как посредством закона» (Рим. 7:7). И это, как мы услышали, далеко не единственная столь странная и столь непонятная фраза нынешнего отрывка.
Давайте попытаемся с ней разобраться.
Когда мы читаем книгу Бытия, то мы не можем не смотреть на её повествование, исходя из того нравственного закона, повинуясь которому мы живём. Этот закон — евангельский, но базируется он на данных Моисею во время странствования в пустыне заповедях. Благодаря этому закону мы, читая, например, об убийстве Каином своего брата Авеля, ещё до каких бы то ни было комментариев книги Бытия понимаем, что Каин совершил тяжёлый грех. Так и со всеми прочими смущающими нас эпизодами книги Бытия: их нравственную оценку мы даём не каким-то естественным путём, а благодаря заповедям закона Моисея, которые стали неотъемлемой частью нашей идентичности.
Увы, человек, отпав от единства с Богом, утратил здравое представление о должном и о недопустимом, а потому нам нужен некий внешний камертон, и таким камертоном выступает закон Ветхого Завета. Если бы не было такого закона, то невозможно было бы каким-то рациональным путём объяснить, что убийство, зависть, непочитание родителей, прелюбодеяние — грехи. Собственно, вокруг себя мы видим примеры того, как, отметая авторитет Библии, люди отметают и нравственные нормы; они перестают осознавать, что то или иное действие греховно, а потому и недопустимо. Впрочем, на место библейских норм в таком случае приходят какие-то иные — так, как это бывает, к примеру, в уголовном мире. Однако каким бы ни был закон — библейским, государственным, общественным, — он определяет, что такое грех. В этом апостол Павел абсолютно прав.
Прав апостол и в том, что закон Ветхого Завета, обнаруживая грех, не давал никакого инструмента для победы над грехом. Да, конечно, человек может волевым усилием воздерживаться от греха, но воля человека — это отнюдь не заслуга закона, к тому же далеко не всегда можно волевым усилием обуздать собственные греховные поползновения.
Поэтому нам нужна помощь свыше — нам нужен Христос. Эту помощь возвещал апостол Павел, он возвещал возможность победы над грехом, которую мы обрели в Спасителе мира: «Вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мёртвых, да приносим плод Богу».
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 39. Богослужебные чтения
Поделиться
Как-то я видел видео, что происходит, когда человек оказывается в зыбучих песках. Зрелище, скажу я вам, очень впечатляющее!
Сегодня в храмах читается за богослужением 39-й псалом Давида — для которого образ такого погружения в песок — центральная метафора.
Псалом 39.
1 Начальнику хора. Псалом Давида.
2 Твёрдо уповал я на Господа, и Он приклонился ко мне и услышал вопль мой;
3 Извлёк меня из страшного рва, из тинистого болота, и поставил на камне ноги мои и утвердил стопы мои;
4 И вложил в уста мои новую песнь — хвалу Богу нашему. Увидят многие и убоятся и будут уповать на Господа.
5 Блажен человек, который на Господа возлагает надежду свою и не обращается к гордым и к уклоняющимся ко лжи.
6 Много соделал Ты, Господи, Боже мой: о чудесах и помышлениях Твоих о нас — кто уподобится Тебе! — хотел бы я проповедывать и говорить, но они превышают число.
7 Жертвы и приношения Ты не восхотел; Ты открыл мне уши; всесожжения и жертвы за грех Ты не потребовал.
8 Тогда я сказал: вот, иду; в свитке книжном написано о мне:
9 Я желаю исполнить волю Твою, Боже мой, и закон Твой у меня в сердце.
10 Я возвещал правду Твою в собрании великом; я не возбранял устам моим: Ты, Господи, знаешь.
11 Правды Твоей не скрывал в сердце моём, возвещал верность Твою и спасение Твоё, не утаивал милости Твоей и истины Твоей пред собранием великим.
12 Не удерживай, Господи, щедрот Твоих от меня; милость Твоя и истина Твоя да охраняют меня непрестанно,
13 Ибо окружили меня беды неисчислимые; постигли меня беззакония мои, так что видеть не могу: их более, нежели волос на голове моей; сердце моё оставило меня.
14 Благоволи, Господи, избавить меня; Господи! поспеши на помощь мне.
15 Да постыдятся и посрамятся все, ищущие погибели душе моей! Да будут обращены назад и преданы посмеянию желающие мне зла!
16 Да смятутся от посрамления своего говорящие мне:
«хорошо! хорошо!»
17 Да радуются и веселятся Тобою все ищущие Тебя, и любящие спасение Твоё да говорят непрестанно: «велик Господь!»
18 Я же беден и нищ, но Господь печётся о мне. Ты — помощь моя и избавитель мой, Боже мой! не замедли.
Перед нами — молитва человека, которого Бог вытаскивает не просто из ямы, а именно из зыбучих песков, где гибель страшна прежде всего своей коварной, почти незаметной, постепенностью. Зыбучий песок совсем не выглядит как бездна: на вид — самая обычная земля. Любой грех тоже поначалу не видится катастрофой; он представляется лишь как «сложное состояние», «ошибка», «временная слабость». Но стоит человеку опереться всем своим весом — и казавшаяся неподвижной и надёжной опора начинает медленно уходить вниз. Псалом говорит не о какой-то беде, приходящей извне, а о кажущейся нормальной среде, которая неумолимо засасывает.
Особенность зыбучих песков в том, что человек гибнет не только потому, что оказался в них, но и прежде всего потому, что зачастую неправильно пытается выбраться из них. Чем резче, судорожнее он бьётся в панике — тем быстрее и глубже его затягивает. Перед нами — совершенно «рабочая» аллегория духовной жизни. Человек, оказавшийся в грехе, если начинает «дёргаться» — то есть внутренне суетиться, пытаться совместить несовместимое, найти оправдание себе — в итоге только уходит ещё глубже. Гордость — причина большинства грехов — очень похожа на такую борьбу в песке: человеку кажется, что он сейчас поднапряжётся и вытащит себя собственным усилием — но именно это самонадеянное усилие без Бога и становится причиной ещё большего погружения.
И каким контрастом звучат следующие слова псалма: «и поставил на камне ноги мои». Спасение противопоставлено не просто выходу из ямы, а именно тотальной и подлой неустойчивости. Зыбучим пескам противопоставлен камень. Бог не просто вытаскивает из опасности, а даёт то, чего у человека не было — даёт твёрдое, надёжное основание. Человеку мало быть вынутым из трясины; ему нужно, чтобы ноги наконец встали туда, где можно стоять. И ноги должны буквально «запомнить» это ощущение уверенности, твёрдости основания, его надёжность и неподвижность. Для нас, христиан, такой камень — Господь наш Иисус Христос.
Зыбучие пески — это тоже земля, да только ложная, которая лишь притворяется опорой. Вот почему псалом далее говорит: «блажен человек, который на Господа возлагает надежду свою и не обращается к гордым и к уклоняющимся ко лжи». Ложь здесь — не просто «неточность»; это именно поддельное, фальшивое основание жизни — которое вроде как обещает почву под ногами: «обопрись на себя», «ты сам себе закон», «ты сможешь сам себя вытащить». Но именно такие внутренние установки и есть самый опасный зыбучий песок. Который приманивает — но стоит только на него опереться — и начинается процесс затягивания.
В художественной литературе есть великолепный пример — это Родион Раскольников в «Преступлении и наказании» Ф.М.Достоевского. Родион ступает на почву собственной теории как на твёрдую, самоочевидную для него основу — а по факту оказывается в вязкой трясине, где каждый его шаг только глубже втягивает его в страх, ложь и внутренний распад.
Помоги же нам, Господи, научиться мгновенно различать, на что опирается наша душа: на твёрдый камень Христовых заповедей — или на зыбучие пески стихий мира сего!..
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Колокольный звон в Троице-Сергиево Лавре». Игумен Антоний (Зинин)
Поделиться
Гостем программы «Лавра» был старший звонарь Троице-Сергиевой Лавры игумен Антоний (Зинин). Разговор шел об истории колокольного звона в монастыре преподобного Сергия Радонежского, как и когда появились здесь первые колокола, как традиция звонов развивалась, как прервалась в советский период и как возрождалась вместе с возрождением Лавры.
Также мы говорили о лаврских звонарях разных лет и как они передавали друг другу свое умение.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России
