
Фото: Aditya Wardhana / Unsplash
Близился Новый 1946-й год — первый послевоенный. В большом зале Тюменского музыкального училища шла генеральная репетиция праздничного концерта. Участвовали лучшие самодеятельные артисты. Среди них был молодой лейтенант Евгений Матвеев. Выпускник школы актёров при Киевской киностудии, один из любимых учеников самого Довженко, Евгений с детства мечтал связать свою жизнь со сценой. Однако эти планы пришлось отложить, когда началась Великая Отечественная война.
Евгений стоял за кулисами и ждал своего выхода. На сцене девушка пела красивый старинный романс. Матвеев заслушался. А после выступления сделал комплимент чистому голосу певицы. Девушку звали Лида. Она рассказала, что окончила Киевскую консерваторию по классу вокала. «Я тоже в Киеве учился!» — обрадовался Евгений. Репетиция закончилась, но им не хотелось расставаться. Словно давние знакомые, они делились друг с другом воспоминаниями и планами. Радовались тому, что война, наконец, закончилась. И можно попробовать реализовать свои творческие мечты.
Вечером, в общежитии, молодой человек думал о Лиде. Ему вдруг вспомнились слова деда, церковного старосты, человека глубоко религиозного. Как-то раз ему, ещё мальчишке, дед сказал: «Вырастешь, невесту будешь выбирать — не на лицо смотри, а на душу. Истинная красота — внутри». Лида была очень симпатичной. Но Евгений точно знал: его привлекли не только прекрасные глаза и улыбка. Девушка излучала душевное тепло и доброту. И Евгений всем сердцем потянулся к ней.
Они поженились в апреле 1947-го. К тому времени Матвеев устроился в труппу Тюменского драматического театра. Лидия приобрела известность в качестве солистки областной филармонии. В Тюмени у супругов родилась дочь Светлана.
Как-то раз во время гастролей Евгения заметил один из режиссёров Малого театра. Оценил талант молодого провинциального актёра... и пригласил на работу в столицу. Открывались большие перспективы. Узнав обо всём, Лида сказала: нужно ехать. Уволилась с работы и последовала за супругом. «Жена принесла тогда ради меня большую жертву. Ведь она была настоящей примой, а поехала за мной в никуда», — говорил Евгений Семёнович.
В столице супругам первое время пришлось пожить и в гостиницах, и в коммуналках. И везде Лидия Алексеевна старалась создать домашний уют, окружала мужа заботой. В Москве у Матвеевых родился второй ребёнок — сын Андрей. Евгений тем временем начал сниматься в кино и очень скоро стал известным киноактёром. Лидия помогала супругу: составляла график съёмок, отвечала на письма зрителей. «Она отдавала мне столько душевного тепла и поддержки!» — вспоминал Евгений Семёнович. Актёр платил жене беззаветной преданностью: девушки со всего Советского Союза писали ему письма с признаниями в любви. Партнёршами по съёмочной площадке были самые красивые актрисы. Но для Матвеева существовала только одна женщина — его жена, его дорогая Лида. Дочь, Светлана Евгеньевна, вспоминала, что они с младшим братом выросли в атмосфере любви и доброжелательности и ни разу в своей жизни не слышали, чтобы отец повысил голос на мать или чтобы она выговаривала ему за что-то.
Но однажды случилась беда: на съёмках картины «Поднятая целина» Евгений упал с лошади и получил серьёзную травму позвоночника. Год он пролежал в постели. Получил инвалидность. Врачи говорили, что о сцене и съёмках теперь не может быть и речи. От этого Матвеев страдал сильнее, чем от физической боли. Но Лидия Алексеевна верила, что её муж преодолеет недуг. Ухаживала за ним, подбадривала, воодушевляла. Евгений Семёнович выздоровел и смог вернуться к работе.
В середине 90-х супруги отправились в путешествие на Святую Землю. Побывали в храме Гроба Господня. После этой поездки Евгений Семёнович стал внимательно читать Библию, которую не открывал с раннего детства. «Когда я умру, хочу, чтобы меня отпевали в церкви», — сказал он однажды жене. Лидия Алексеевна тогда на мужа поворчала — с чего вдруг о смерти заговорил? А Евгений Семёнович словно что-то предчувствовал. В 2003 году он вдруг слёг. Сильно кашлял. Думали — воспаление лёгких. Оказался рак в последней стадии. Матвеев уходил на руках у жены. В последний миг он видел перед собою лицо любимой Лидочки. И успел сказать ей, как сильно всю жизнь её любил.
Все выпуски программы Семейные истории с Туттой Ларсен
Псалом 124. Богослужебные чтения
«Зачем быть хорошим, следовать кодексу чести, держаться правды, если зло регулярно побеждает?» Многие люди задают себе такой вопрос, когда вдруг осознают, что мир полон несправедливости. В такие периоды создаётся ощущение, что Бог спит или Ему нет до нас дела. Накрывает чувство бессмысленности происходящего. Именно в такие моменты человек рискует сломаться, махнуть на всё рукой и пуститься во все тяжкие. 124-й псалом, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах, посвящён именно этой непростой теме. Давайте послушаем.
Псалом 124.
Песнь восхождения.
1 Надеющийся на Господа, как гора Сион, не подвигнется: пребывает вовек.
2 Горы окрест Иерусалима, а Господь окрест народа Своего отныне и вовек.
3 Ибо не оставит Господь жезла нечестивых над жребием праведных, дабы праведные не простёрли рук своих к беззаконию.
4 Благотвори, Господи, добрым и правым в сердцах своих;
5 А совращающихся на кривые пути свои да оставит Господь ходить с делающими беззаконие. Мир на Израиля!
Псалом 124-й — это торжественный гимн в честь возвращения евреев из Вавилонского плена. Люди вернулись домой и увидели родной Иерусалим без стен. Город беззащитен, а кругом враждебные народы. В душе тревога и страх. Как же пережить всё это? Чтобы утешить людей псалмопевец использует два ярких образа.
Первый — это образ гор, которые окружают Иерусалим. Для древнего человека гора — это символ непоколебимости. Сколько бурь, сколько врагов, а горы стоят веками. И псалмопевец говорит: человек, надеющийся на Господа, — та же гора. Его не сдвинуть. Не потому, что он сильный, а потому что его опора — Сам Господь. Но на этом автор псалма не останавливается и продолжает расширять образ. Как горы образуют естественную преграду вокруг Иерусалима, так Господь, подобно стене, стоит вокруг Своего народа. Те, кто верен Богу, словно находятся внутри этого благодатного кольца.
Второй образ — это жезл нечестивых. О нём псалмопевец пишет, что «не оставит Господь жезла нечестивых над жребием праведных, дабы праведные не простёрли рук своих к беззаконию». О чём тут речь? Жезл — это символ власти. Даже если нечестивые по какой-то причине оказались на коне, у их власти есть срок. Господь терпит их ровно до того момента, когда праведные могут не выдержать и начать им подражать. То есть псалмопевец словно говорит: «Бог вмешается раньше, чем мы сломаемся. Зло не бесконечно. У него есть свой лимит. И этот лимит определяет не сила злодеев, а наша немощь. Бог не даст нам испытаний сверх нашей меры».
Когда нас одолевают тяжёлые мысли о той несправедливости, которая творится вокруг, приведём себе на память эти два образа. Зло временно. Это палка в руках хулигана. Да, она больно бьёт, но однажды рука устанет, а палка сломается. А горы стоят вечно. Они были здесь до злодеев и будут после. Так и Бог — Он был до всех зол и будет после. И тот, кто помнит об этом, сам становится, как гора. Его можно ударить, но нельзя сдвинуть. Поэтому всё, что от нас требуется, — в минуты скорби и печали самим не протянуть руки к беззаконию. Не соврать, не подсидеть, не предать, не продаться. Даже если нам кажется, что зло пришло навсегда. И в любых обстоятельствах всё своё внимание держать на Боге. То есть почаще задавать себе вопрос: «Как я могу сейчас в этих непростых обстоятельствах исполнить Его волю, как я могу быть полезен ради Него тем людям, которые меня окружают?» Всякий, кто понуждает себя к этой работе, оказывается под защитой Всевышнего, Господь не даст ему страдать сверх меры. Но в своё время пошлёт тот мир, о котором сегодня говорит псалмопевец.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Юрий Новицкий
Среди святых ликов новомучеников и исповедников Российских есть икона с образом молодого человека. Он в пиджаке, белой рубашке, при галстуке. Усы аккуратно подстрижены. В руках он держит горящую свечу. Это новомученик Юрий Новицкий — профессор права, общественный и церковный деятель. Святой юрист — называли его люди ещё при жизни.
Юрий Петрович родился в Киевской губернии, в городе Умань, в 1882 году. В профессии решил пойти по стопам отца, мирового судьи. В 1903-м поступил на юридический факультет Киевского университета Святого Владимира. Пока учился жил в семье дяди, известного историка Церкви Ореста Новицкого. Под его добрым влиянием молодой человек пришёл к Богу. Юрий воцерковился. Стал прислуживать в алтаре, пел на клиросе во время Богослужений. В 1911 году Новицкий получил диплом юриста.
Юрий Петрович начал преподавать право в киевских гимназиях, вёл частную практику. А главным делом для него стало участие в деятельности киевского Патроната, или Общества покровительства лицам в местах заключения. Новицкий посещал арестантов в Губернской тюрьме, Киевской пересыльной тюрьме. Хлопотал о лучших условиях содержания. Изучал судебные дела. И если вдруг видел, что человеку назначено чрезмерное наказание, или произошла судебная ошибка, добивался пересмотра.
Новицкого заботила проблема детской преступности, которая в начале ХХ столетия приняла огромные масштабы. Несовершеннолетних судили наравне со взрослыми. Юрий Петрович считал, что такой подход не побудит малолетних преступников к исправлению. В 1913 году по предложению Новицкого в Киеве начал работать Суд для малолетних. Юрий Петрович разработал основы практики такого суда: индивидуальный подход к каждому ребёнку, назначение таких исправительных мер, которые в реальности смогут принести благоприятный результат. Судьи, по словам Новицкого, должны не столько судить, сколько ставить диагноз и прописывать лекарство.
В 1914 году Новицкого пригласили в столицу — преподавать на юридическом факультете Петроградского университета. Одновременно он читал лекции в Духовной Академии. В 1917-м, в страшные дни октябрьского переворота, Юрий Петрович не покинул город. И в последующие безбожные годы, когда начались гонения на Церковь и закрывались храмы, объединял верующих. В 1920-м Новицкий организовал «Общество православных приходов Петрограда и губернии». Спустя два года, в 1922-м, началась кампания по изъятию церковных ценностей под предлогом помощи голодающим. Юрий Петрович попытался вмешаться в процесс. Взяв на вооружение свой юридический опыт, он вышел на переговоры с властями. В феврале 1922-го, казалось, удалось достичь компромисса. Верующим разрешили следить, чтобы собственность храмов действительно шла на помощь голодным людям, а не на нужды партии. Однако уже в марте эти договорённости были нарушены большевиками. Юрия Новицкого арестовали по делу о сопротивлении изъятию церковных ценностей. В августе 1922-го, после долгого следствия и показного суда, его расстреляли — предположительно, на Ржевском полигоне под Петроградом.
В 1992 году на Архиерейском соборе состоялась его канонизация. Он стал одним из первых святых, прославленных в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской.
Все выпуски программы Жизнь как служение
Чабахан Басиева
Чабахан Михайловна Басиева, молодая учительница русского языка и литературы из средней школы города Алагир в Северной Осетии, в Великую Отечественную войну совершила подвиг величайшего мужества, любви к Отечеству и ближним. О её жизни сложены поэмы, сняты фильмы. В мае 1965-го она была посмертно награждена Орденом Великой Отечественной войны. По сей день люди в Северной Осетии и далеко за её пределами считают жизнь Чабахан Басиевой примером служения своему народу.
Чабахан родилась в 1912-м году, в высокогорном ауле Верхний Цей. С детства её окружали книги. Отец девочки с юных лет тянулся к знаниям. Самостоятельно выучился грамоте, русскому языку. Любовь к русской словесности передалась и дочери. Чабахан с ранних лет мечтала стать учительницей. Поэтому, когда девочке пришло время получать образование, семья перебралась из аула в город. Басиевы поселились в Алагире. Там Чабахан пошла в школу, с отличием окончила 10 классов. А в конце 1930-х отправилась в столицу республики — город Орджоникидзе, ныне Владикавказ. Девушка поступила на филологический факультет Педагогического института. Через 5 лет с дипломом учительницы русского языка и литературы вернулась в Алагир. Устроилась на работу в родную школу № 1.
В свободное время Чабахан обучала грамоте и взрослых, не только в Алагире, но и в окрестных селениях. Среди горцев-осетинов многие тогда не умели читать и писать. И жили люди бедно. Как-то раз Чабахан заметила, что один из её учеников пришёл в школу в стоптанных, не по размеру огромных ботинках. На перемене отвела мальчика в сторону, расспросила. Оказалось, его единственная пара развалилась. Пришлось надеть старые отцовские. Дома всю ночь напролёт Чабахан вязала. А утром вручила пареньку толстые тёплые носки — чтобы обувь не слетала и не натирала ноги. «Внимательной, сочувствующей была она во всём и ко всем», — вспоминала впоследствии подруга Чабахан, Нина Секинаева. После уроков молодая учительница не спешила домой. Часто она собирала ребят, и шла гулять с ними по городу. Рассказывала о достопримечательностях — например, водила их к алагирскому Свято-Вознесенскому собору.
22 июня 1941 года размеренную жизнь осетинского городка прервала весть о начале Великой Отечественной войны. А 1 ноября 1942-го в Алагир вошли немецкие войска. Многих жителей увезли на работы в Германию. При этом немцы хотели показать миру, что народы Северного Кавказа рады их приходу. Нужно было, чтобы это публично подтвердил кто-нибудь из местных жителей — желательно, уважаемых. Однажды утром к дому Чабахан подъехал автомобиль. В нём сидел офицер гестапо барон фон Кассен. Фашист вошёл, завёл с девушкой разговор о поэзии Гёте и Шиллера. И как бы между делом предложил сотрудничество. Увещевал: «Мы же с вами интеллигентные люди, и найдём общий язык». Но Чабахан отказалась помогать врагам.
Её арестовали. На допросах пытали. Но она так и не согласилась сотрудничать с нацистами. 20 декабря 1942 года молодую учительницу расстреляли. Похоронили её в братской могиле. Сегодня одна из главных улиц Алагира носит имя Чабахан Басиевой. Есть в городе и памятник, посвящённый ей — той, для кого немыслимо было предать Родину.
Все выпуски программы Жизнь как служение











