Поделиться
Однажды в студенческой столовой я нашла три рубля. Ну — как нашла: столовая пустая, время каникулярное. Я подошла с подносом к кассе, а там на блюдечке чья-то трёшка лежит одной бумажкой. В то время это были вполне значительные деньги — три рубля! Я пообедала — и мне ещё сдача осталась, много, два рубля с копейками.
Обрадовалась, чего скрывать. Поела и дальше по своим делам пошла. Но чувствую — радость какая-то нехорошая, да и радость ли это? Не своё взяла. Хоть и не претендовал никто на эти деньги, и кассирша ничего не заподозрила, но... Не своё взяла!
Невоцерковлённая и даже некрещёная тогда, я не размышляла в парадигме «грех-не грех». Но чувствовала всё верно. Ведь совесть — голос Бога внутри нас — не обманешь. Прошло несколько дней, мне становилось всё томительней. Просыпаюсь утром — и стразу про эту трёшку вспоминаю: чужая! А ведь потратила уже. Маленькой дочке творог купила и соску-пустышку. До сих пор помню эту соску, красивую такую, в виде ромашки — дочке она нравилась, а мне не очень. Потому что... Ну, будто ворованная.
Дождалась зарплаты мужа. Взяла три рубля, пошла в столовую. А там и кассирша другая, и случай тот никто не помнит. И за трёшкой никто не приходил, говорят...
Что ж делать оставалось? Это сейчас, через много лет, я отправила бы себя ту, прошлую, в храм. Тогда же — в конце восьмидесятых — студентке идеологического факультета университета это и в голову прийти не могло. Тогда я просто ощущала растущую муть в душе — как след от поступка — и не знала, как её смыть.
Смыла слезами. По телефону всё-всё маме рассказала, практически исповедалась. Мама живёт на другом конце страны, но говорили — будто ночью в тесной кухне. Я плакала. А мама успокоила и посоветовала отдать три рубля первому попавшемуся нищему. Насколько же стало легче у меня на душе!
А наутро я увидела бедную женщину, что побиралась у гастронома. Подошла к ней и положила деньги на блюдечко у её ног — три рубля одной бумажкой. Женщина подняла на меня благодарные глаза.
Я вернулась домой, где меня ждали муж и только что проснувшаяся синеглазая дочка с очень красивой соской-ромашкой.
Автор: Наталья Разувакина
Все выпуски программы Частное мнение
15 февраля. О духовном смысле праздника Сретения Господня
Поделиться
Сегодня 15 февраля. Сретение Господне.
О духовном смысле праздника — настоятель храма блаженной Ксении Петербургской города Казани священник Александр Ермолин.
Сретение Господне — один из известных православных праздников. И нужно задуматься о том, что не случайно в самом названии скрывается слово «встреча». Сретение — это что? Это встреча Ветхого и Нового Завета. Мы вспоминаем, как Бога-младенца Христа принесли в храм. Но для нас с вами это не просто одно из событий священной истории, это еще и важнейший момент, когда встречается Ветхий Завет и Новый Завет, когда сам Господь воплоти приходит на землю ради нас людей и ради нашего сами спасения. И в этот день, как никогда, важно поставить перед собой очень честный и очень правильный вопрос. А в моей душе происходит встреча с Богом или нет? Ветхий человек, который был во мне, он умер в таинстве крещения, и умер он от духовной жизни, и родился новый человек или нет? И вот в этот прекрасный праздник очень хочется пожелать нам с вами, чтобы мы могли бы заглянуть в свое собственное сердце и жить так, чтобы в этом сердце обязательно случилась бы встреча с Богом, то есть Сретеньем.
Все выпуски программы Актуальная тема
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
1 Кор., 140 зач., VIII, 8 - IX, 2.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Церковь продолжает готовить нас к Великому посту, который наступит совсем скоро — буквально через неделю. Эта оставшаяся неделя у большинства христиан, к сожалению, пройдёт вовсе не так, как то предполагает Церковь: вряд ли мы начнём задумываться о своей душе и о покаянии, скорее всего последние предпостовые дни мы посвятим нелепым попыткам насытиться той пищи, которая будет исключена Великим постом. Однако Церковь не оставляет надежды, и сегодня она вновь напоминает нам об истинном смысле поста и о том, на чём мы в первую очередь должны сосредоточить внимание в ближайшие дни. Об этом нам говорит отрывок из 8-й и 9-й глав Первого послания к Коринфянам святого апостола Павла.
Глава 8.
8 Пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли, ничего не теряем.
9 Берегитесь однако же, чтобы эта свобода ваша не послужила соблазном для немощных.
10 Ибо если кто-нибудь увидит, что ты, имея знание, сидишь за столом в капище, то совесть его, как немощного, не расположит ли и его есть идоложертвенное?
11 И от знания твоего погибнет немощный брат, за которого умер Христос.
12 А согрешая таким образом против братьев и уязвляя немощную совесть их, вы согрешаете против Христа.
13 И потому, если пища соблазняет брата моего, не буду есть мяса вовек, чтобы не соблазнить брата моего.
Глава 9.
1 Не Апостол ли я? Не свободен ли я? Не видел ли я Иисуса Христа, Господа нашего? Не мое ли дело вы в Господе?
2 Если для других я не Апостол, то для вас Апостол; ибо печать моего апостольства — вы в Господе.
Только что прозвучавший отрывок апостольского послания затронул очень непростую и для многих наших современников совершенно непонятную тему: апостол Павел написал о внимательности и деликатности по отношению к друг другу.
Когда мы собираемся поститься или, напротив, решаем, что пост нам пока что не нужен, мы, как правило, полагаем, что это исключительно наше дело, и никак не сообразуем своё решение с окружающими. Апостол Павел полагал, что так поступать не стоит, необходимо заботиться о том, чтобы наша свобода «не послужила соблазном для немощных».
Для того, чтобы понять мысль святого апостола нам стоит немного погрузиться в контекст появления Первого послания к Коринфянам.
В Коринфе были христиане, которые справедливо полагали, что языческие идолы — это ничто, это просто предмет, точно такой же, как, скажем, стакан или утюг. А потому принесение жертв идолам по своей бессмысленности равно принесению жертв стакану. Следующим логическим шагом было отношение к идоложертвенной пище как к совершенно обычной, и, следовательно, её можно было есть и христианам. Но были и другие люди, которые в идолах видели бесов, стремящихся погубить человека через его уклонение от Единого Истинного Бога. Если так, то идоложертвенное вкушать, конечно же, недопустимо. Апостол Павел не очень хотел вдаваться в эту дискуссию, ведь его интересовали не идолы, а люди, за которых умер Христос. Павел хотел, чтобы никто, соблазнившись недопустимым, как ему могло показаться, поведением других христиан, не отпал от Христа и не лишился спасения.
Поэтому апостол избегает инструкций. Он не отвечает прямо на вопрос о допустимости вкушения идоложертвенной пищи, он советует переключить внимание с пищи на ближних, на тех, кого наше поведение может соблазнить. Неважно как, но мы должны приводить людей ко Христу, а не уводить от Него.
Иногда это требует строгого соблюдения постной дисциплины. Иногда наоборот. Но невозможно никого сделать христианином, идя по пути обжорства и невоздержания. Давайте постараемся не забывать об этом в наступающие предпостовые дни церковного года.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 19. Богослужебные чтения
Поделиться
В современном представлении война — это прежде всего столкновение армий. Но так было далеко не всегда. О том, чем была война по своей сути для царя Давида, хорошо понятно из слов 19-го псалма, который сегодня читается в храмах за богослужением.
Псалом 19.
1 Начальнику хора. Псалом Давида.
2 Да услышит тебя Господь в день печали, да защитит тебя имя Бога Иаковлева.
3 Да пошлёт тебе помощь из Святилища и с Сиона да подкрепит тебя.
4 Да воспомянет все жертвоприношения твои и всесожжение твоё да соделает тучным.
5 Да даст тебе Господь по сердцу твоему и все намерения твои да исполнит.
6 Мы возрадуемся о спасении твоём и во имя Бога нашего поднимем знамя. Да исполнит Господь все прошения твои.
7 Ныне познал я, что Господь спасает помазанника Своего, отвечает ему со святых небес Своих могуществом спасающей десницы Своей.
8 Иные колесницами, иные конями, а мы именем Господа Бога нашего хвалимся:
9 они поколебались и пали, а мы встали и стоим прямо.
10 Господи! спаси царя и услышь нас, когда будем взывать к Тебе.
Исторический «нерв» псалма — это молитва общинного заступничества: народ молится о царе как своем предводителе, вожде, потому что от того, выстоит ли он, зависит судьба всех. В древнем мире война была не только столкновением армий — это было столкновение надежд и страхов, а если еще точнее всмотреться в войну через библейскую оптику — столкновение верности. Причем верности не людям, а именно высшим духовным силам. И главный вопрос, который висит в воздухе — Бог — Он с кем?
Если представить образно: храм здесь — ставка, штаб духа. Но этот штаб — не про военные стратегемы и ухищрения, как бы обойти противника, а вообще про иное: подтвердит ли в этот раз Сам Бог Свой договор с Его народом — или он уже недействителен? Вопрос, согласитесь, куда более значимый, чем земли, добыча или иные ресурсы — или даже просто защита самих себя от вторжения.
В псалме есть такие слова: «Да защитит тебя имя Бога Иаковлева». Имя в Библии — не описание, не «название», а знак присутствия. Есть разница — сказать: пусть тебя сохранит «идея о Боге», и другое дело — Сам Бог. Через напоминание о Иакове псалмопевец говорит: Бог хранит не идеальных, а тех, кто держится за Него, у кого сила устремления к Богу выше любых — даже очень личных — обстоятельств и препятствий...
«Поднимем знамя во имя Бога нашего» — очень важные слова. Знамя — это идентичность: кто мы и за что стоим. В кризисе всегда выясняется, какое у нас знамя на самом деле: имя Божие — или имя собственной гордости, обиды, тщеславия, мнимой правоты: в кризисе войны это всё обостряется и проявляется.
Самая кульминация псалма — в этой фразе: «иные колесницами, иные — конями, а мы именем Господа». Это один из самых пронзительных стихов Псалтири: как бы ни были средства важны, но сами по себе они не спасают. Колесницы и кони дают ощущение контроля: также, как и деньги, связи, здоровье, репутация, вообще технологии как таковые. Но результат всё же зависит совсем не от них — а от того, на чьей же стороне окажется Бог.
Этот псалом побуждает задуматься нас про перенастройку доверия в ситуации кризиса: а где на самом деле наши «колесницы» — то, на что мы ставим как на главную надежду в преодолении случившихся проблем? И верим ли мы Богу настолько, что даже без всяких колесниц убеждены: если Он за нас, если наш союз с Ним не разрушен, то нам нечего бояться!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
