Поделиться
Вполне возможно, что любителям путешествовать по нашим уральским краям хорошо знаком поселок Черноисточинск, который находится почти строго на север от Екатеринбурга по Серовскому тракту, в сторону Нижнего Тагила. Тем же, кто не бывал – настоятельно рекомендую съездить.
Много чем примечателен Черноисточинск. Например, редчайшей в наших краях вымощенной брусчаткой центральной улицей. Она, конечно, не такая ровная, как на Красной площади, но очень похожа. Или знаменитой Ушковской канавой – гидротехническим сооружением, которым до сих пор восхищаются специалисты. Достоин внимания, конечно, и храм Петра и Павла. Но давайте обо всем по порядку.
Поселок Черноисточинск возник в 1726 году при строительстве Черноисточинского молотового завода, который был запущен через 3 года. Привозимый с Нижнетагильского завода чугун переделывали в железо. Название и заводу, и поселку дала речка Черный Исток.
Дальше – первый удивительный факт. До 1833 года, то есть больше ста лет в Черноисточинске не было православного храма. Дело в том, что изначально заводовладельцы Демидовы заселили поселок раскольниками. Немногочисленные православные христиане окормлялись у духовенства Нижне-Тагильского или Висимо-Уткинского заводов. К 30-м годам XIX века Демидовы значительно пополнили рабочее население Черноисточинска крепостными крестьянами из Тульской и Черниговской областей. Эти-то переселенцы и образовали в результате Черноисточинский приход.
Первоначальный храм в Черно-Источинском заводе был деревянный. Построен он был в 1833-34 годах. Через 20 лет в ночь с 16 на 17 января храм этот сгорел. Пожар произошел от плохой алтарной печи. Два года службы велись в каменном здании местного училища. Ещё 6 лет – во временной церкви Петра и Павла на берегу красивейшего пруда, который цел до сих пор. В 1862 году наконец-то был достроен и освящен каменный Петропавловский храм, построенный, естественно, Демидовыми. Он обошелся им в 24 000 рублей ассигнациями. Нужно сказать, что никаким переделкам храм Петра и Павла не подвергался и вы сможете увидеть его в первозданном виде.
Теперь о знаменитой Ушковской канаве. Её построил крепостной гидротехник Клементий Константинович Ушков. Цель строительства канала – обеспечение завода водяной энергией и пополнение Черноисточинского пруда. Почти каждую зиму, когда уровень воды в Тагильском пруду падал, вододействующие механизмы завода останавливались. Демидов даже выписал из Франции ученых, чтобы они помогли решить проблему. Те сказали, что ничего сделать нельзя. И были в очередной раз посрамлены русским мастером. К 1848 году Ушков построил канал и на речке Черной создал систему резервных прудков с дамбами и шлюзами. От Ушковской канавы польза была не только для завода, но и для Черноисточинского пруда. В нём добавилось воды, что позволило увеличить выпуск железа на Черноисточинском заводе. Эта, так называемая, канава сохранилась до сих пор и до сих пор является водным регулятором для Нижнего Тагила. 10 июля 1849 года Ушкову и всей его семье выдали отпускную грамоту и они получили свободу.
Это всего две истории из жизни поселка Черноисточинск. Чтобы послушать остальные – приезжайте. Не пожалеете.
«Зрение»
Поделиться
«Зрение», производство Open River Entertainment и Reserve Entertainment, режиссёр Эндрю Хайатт
— Мы разработали особую контактную линзу с амниотической мембраной. Мы получили два патента в США. Каджал станет первым пациентом, которая испытает на себе эту новую прорывную технологию. Мы надеемся, что это восстановит её зрение. А теперь пару слов скажет сама Каджал.
— Многие люди помогли мне приехать из Индии в Америку. И доктор Мин прилагает все усилия, чтобы помочь мне снова видеть.
Соединённые Штаты Америки, наши дни. Глазной хирург китайского происхождения, доктор Мин Ван, собрал прессу, чтобы сообщить потрясающую новость — он и его команда изобрели невиданную доселе технологию, которая способна вернуть зрение даже самым безнадёжным пациентам. Таким, например, как индийская девочка Каджал из трущоб Калькутты. Бедняжку намеренно ослепили родственники — чтобы она просила милостыню, ведь слепых жалеют и подают им охотнее. Её нашли и привезли в Америку католические монахини. У Каджал — полное отслоение сетчатки глаз, сохранился максимум один процент зрения. Другими словами, девочка находится в полной темноте. Монахини обратились за помощью к доктору Мину — талантливому хирургу-офтальмологу, который многим уже помог. Доктор Мин долго искал способ, который сработал бы в таком сложном случае, как у Каджал. И кажется, нашёл! Доктор Мин Ван — герой художественного фильма «Зрение», фрагмент из него прозвучал в начале нашей программы.
Картину в 2023 году снял американский режиссёр Эндрю Хайатт. В основу фильма легли документальные события — он снят по биографии выдающегося современного глазного хирурга Мина Вана. По словам Хайатта, когда он прочёл её, то сказал себе: «Жизнь этого человека словно создана для кинематографа!». История паренька из бедной китайской провинции, который смог преодолеть множество препятствий на пути к призванию, получить блестящее образование и стать учёным. Доктор Мин не только дал согласие на экранизацию своей биографии, но и принял участие в съёмках в качестве консультанта. Как сказал он в одном из интервью — «Возможно, моя история на экране, которая от начала и до конца реальна, вдохновит кого-то и даст надежду».
Итак, перенесёмся к событиям фильма. Доктор Мин заверил журналистов, что знает, как помочь незрячей девочке из Индии. И вот операция проведена, и пришло время снимать повязку с глаз. Увы — чуда не случилось. Маленькая Каджал не прозрела. Эта неудача подломила доктора Мина. Дело в том, что он связывал успех операции с некоторыми событиями давно минувших лет. Ему казалось, что, вернув девочке зрение, он сможет загладить вину перед дорогим ему человеком из прошлого...
На протяжении всей картины мы то и дело переносимся из современной Америки в Китай 1960-х, и перед нашим взором проходят детство и юность будущего учёного. Мы знакомимся с родителями Мин Вана — чуткими и мудрыми людьми. Они бедны, и в доме порой не хватает риса. Но ради сына отец и мать готовы пожертвовать всем, и с любовью поддерживают его в трудностях. Есть у юного Вана ещё один близкий человек — девочка по имени Лили, дочь слепого соседа. Они учатся вместе и дружат. Однажды Мин Ван играл для Лили и её отца на эрху — традиционном китайском музыкальном инструменте. И неожиданно получил важный урок:
— Подожди, подожди... ноты должны исходить из сердца.
— Какая разница, откуда они исходят?
— Песня, которую ты играешь — «Два сходящихся ручья отражают луну», ты знал, что её написал музыкант по имени А Бин?
— Да.
— А ты знал, что А Бин был слепым?
— Нет.
— А Бин был слеп от рождения. Ему пришлось воображать, как выглядит лунный свет, падающий с небес на два сходящихся ручья.
— А Бин представлял себе красоту, хотя не мог её видеть.
Суметь увидеть то, что недоступно глазам. Заглянуть внутрь себя. Понять, что помимо физического зрения человеку дано иное, гораздо большее. Эту «науку» предстоит постичь доктору Мин Вану. Получится ли у него — узнаем из фильма Эндрю Хайатта «Зрение». Хочу лишь добавить, что уникальную технологию контактной линзы, о которой идёт речь в картине, действительно изобрёл реальный доктор Мин Ван. В силу определённых непреодолимых обстоятельств она не помогла индийской девочке Каджал. Но зато помогла сотням других пациентов. Доктор Мин Ван основал благотворительный фонд по восстановлению зрения и бесплатно провёл более 50 000 сложнейших операций. Что ж, биографию такого человека, пожалуй, действительно, стоит экранизировать.
Все выпуски программы Домашний кинотеатр
25 апреля. «Семейная жизнь»
Поделиться
Фото: Birmingham Museums Trust/Unsplash
«Жена да будет послушна мужу своему, как Господу»... А каким должно быть послушание души нашему Спасителю? От полноты любви и благодарности мы отдаём Христу недра своего сердца; всегда памятуя об Иисусе, стараемся служить Ему и словом, и делом, и произволением. «На кого воззрю, — вещает нам Бог через пророка, — только на кроткого и молчаливого и трепещущего словес Моих...»
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Всё не зря
Поделиться
Фото: Александр / Pexels
Сегодняшнее утро началось с Литургии. Каким бы ни было настроение накануне, после богослужения и Причастия его ни с чем не сравнить. Ты окрылён и полон сил. Однажды я это очень хорошо ощутила.
Как-то Великим постом, на заре воцерковления, мне довелось сопровождать группу школьников в Троице-Сергиеву Лавру. Заранее договорились с классной руководительницей ребят сначала сходить на Литургию, а потом уже встретиться с экскурсоводом. Поэтому приехали в город накануне вечером. Остановились в гостинице, недалеко от обители. Дети там сразу же освоились. Попили чаю, завели разговоры. А меня охватили сомнения: «Может быть, не нужно мне завтра ехать в храм? И пост тяжело даётся, и усталость от дороги берёт своё». С этими мыслями я и уснула.
Подъём был в 6 утра. Не знаю, что оказалось труднее — борьба со сном или беспросветная темень. Желание вернуться в гостиницу искушало до тех пор, пока я не переступила порог Троицкого собора Лавры.
А дальше случилось то, что запомнилось на всю жизнь. Неземное пение хора за Литургией, искренняя исповедь и Причастие. А после — окрыляющая радость, когда усталость исчезает, все неудобства и сомнения забываются. И чувствуешь, что всё это не зря.
Текст Татьяна Котова читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
